Бессмысленная война или бездарная дипломатия?
Иран отказался от переговоров с США
Воевать становится все более денежно - разорительно. А заменить войны переговорами ни у кого не получается. Почему?
Юрий Сигов, Вашингтон
Полыхающие по всему свету разрушительные, и уничтожающие плоды труда человеческого за десятилетия предыдущей мирной жизни все явственнее демонстрируют свою полнейшую бессмысленность. Причем совершенно не имеет значения кто, и с кем воюет. И уж тем более - за что конкретно (а иногда ведь и вовсе непонятно - с чего сцепились-то?) Есть вроде бы на белом свете какие-то руководители государств - агрессоры. Которых прямо тянет на кого-то напасть, разгромить, снести с лица земли все, что там понастроили-понасоздавали.
Есть обманчиво мирные с виду персонажи, которым на самом деле только дай шанс пострелять, побомбить и позапускать что дроны, что ракеты. А когда такого «миротворца» спросишь, зачем он это все устроил, и понимал ли он изначально все возможные последствия произошедшего, то выясняется: вообще-то он хотел как лучше, как по-мирному ему казалось. А получилось… Ну, уж как получилось, так и дальше будем к последствиям постепенно приспосабливаться.
Стоит обратить внимание, что войны вспыхивают на нашей планете тем временем все чаще, что свидетельствует вроде как об одном. Мирными средствами имеющиеся споры и разногласия не решаются. А значит самое время применить военную силу. Причем тем, кто это делает, кажется: достаточно направить на врага пару батальонов десанта, покидать на головы непокорным пару сотен бомб да снарядов - и противоположная сторона тут же вскинет вверх лапки, и пойдет стройными рядами сдаваться на милость возможному победителю.
олько чуть позднее выясняется, что с военной операцией явно где-то происходят нестыковки, противник оказывается не столь слабым и бездарным, как это предполагалось твоими же «геостратегами» в военных мундирах и гражданских пиджаках. И тогда наступает мучительный приступ жажды переговоров - кого угодно, и с кем угодно. Главное, чтобы войну, в которую влез-вляпался, поскорее закончить, и сделать вид (прежде всего перед собственным населением) будто кроме мира на политически-переговорных условиях тебя уже ничего по жизни не волнует.
Ракеты израсходовали, персонала не хватает, а враг по-прежнему силен. Что же тогда делать?
После того, как Израиль с США напали на Иран даже самые осторожные на прогнозы эксперты утверждали: иранцы долго не продержатся просто потому, что их буквально завалят ракетами да бомбами. Тем более и тех, и других у нападавших было, казалось, более, чем в избытке. И действительно: первую неделю ракеты летели, бомбы падали, дроны попадали в школы с девочками и торговые ряды городских туристических районов. Но потом что-то пошло явно «не так». Что именно?
«Вдруг» выяснилось, что противоположная сторона ракеты и дроны в ответ также не просто может запускать, а даже поражать те цели, в которые они должны были попасть. И особенно стало грустно и обидно странам Персидского (Арабского) залива. Они верой и правдой платили десятилетиями по сути дела «защитную дань» прежде всего Соединенным Штатам, надеясь, что те в случае угрозы безопасности (конечно, и прежде всего со стороны соседнего огромного Ирана) их смогут надежно защитить.
Но тут вот получилось на практике. Ракетные батареи ПВО, размещенные американцами в первую очередь вокруг своих же военных баз в Заливе, довольно быстро… израсходовали свои снаряды. То есть физически их хватало на пару недель непрерывной стрельбы, а дальше иранские дроны стали безнаказанно попадать во все, во что попадалось – здания отелей, жилые дома, склады, портовые сооружения и многое другое. И выяснилось, что сбивать их расчетам противовоздушной обороны банально нечем.
Как такое могло, спросите, произойти? Все просто: склады не были спланированы для ведения многомесячной войны с противником, у которого есть чем стрелять и засыпать цели на твоей территории. Производятся все эти ракетные начинки для противовоздушных комплексов «Пэтриот» именно в США. А с этим там не так, чтобы оперативно и быстро. Да и для защиты самой Америки от врагов (какая разница, от каких) надо ведь кое-что и у себя оставить в запасе.
Потом подсчитали сколько стоит пулять по иранским целям внутри континента ракетами «Томагавк». И тоже «вдруг» обнаружилось, что стоят они бешенных денег (даже для Америки). Производят их очень даже неспешно по 20-25 штук в месяц, и то не всегда. И вновь что-то ведь должно быть и у самих американцев для собственной защиты территории страны. А то, что предназначалось для атак на Иран также быстро израсходовалось. И защищать те же ОАЭ с Катаром американцам банально стало нечем.
При этом, замечу, что врага-то американцы не только не разгромили, но и он стал все активнее и ожесточеннее огрызаться. Оказалось, что у иранцев полным-полно еще и ракет, и дронов. Какая разница о каких победах над Ираном с трибун в Вашингтоне твердит президент США и его министр обороны. Важны реалии на местности: средства ПВО, размещенные американцами в зоне Залива, не в состоянии оказались защитить ни сами американские военные базы, ни территории стран Залива, имевшие с американской стороной соглашения о совместной обороне.
И это - только средства ПВО в виде ракет и самих ракетных комплексов. А кто будет эти самые ракеты запускать, чтобы сбивать вражеские цели? Специально отобранный персонал, который надо долго готовить, да и стоит это тоже баснословных денег. Ведь можно иметь один взвод таких ракетчиков, когда вокруг тишь да гладь. А как началась война? По ним ведь тоже наносятся удары вражеских ракет. Взвод погиб, а кто его заменит? Нужного количества персонала ведь в наличии нет. Тем более в арабских странах Залива, где местные армии – больше бутафория, и, что называется, понты для внешней показухи.
Или возьмем ту же авиацию. Ведь она в современных условиях ведения военных действий становится просто бессмысленной. Самолеты стоимостью в десятки миллионов долларов можно сбить задолго до того, как они даже наберут высоту. Они могут просто врезаться друг в друга, или быть сбитыми «по ошибке» своими же средствами ПВО (что и произошло в небе Кувейта с тремя сбитыми американскими истребителями). Пилоты их катапультировались, потом их сутками искали, тратили на это миллионы долларов, теряя при этом еще технику в поисках, а все ради чего?
Напомню, что подготовка одного военного летчика для боевой авиации США стоит от 6 до 7 миллионов долларов. Вот подготовили, дали самолет ему в управление стоимостью в 15-20 миллионов, а его прямо на взлете поражает вражеская ракета или дрон стоимостью в несколько десятков тысяч долларов. Ведь получается чистое разорение для военного бюджета. Особенно если учесть, что у врага есть еще ракеты, и он собьет точно также еще твои другие самолеты. Тогда зачем их производить и тренировать для них пилотов?
Получается в итоге, что только если напасть на страну, у которой нет ПВО, и которую можно бомбить и засыпать ракетами полностью безнаказанно (как это делает Израиль сейчас с Ливаном, а ранее тоже самое было с сектором Газа). Во всех остальных случаях – чудовищные расходы при совершенно неадекватным по затратам результатам. И это я еще не говорю о военных кораблях, которые становятся жертвой атак сравнительно дешевыми ракетами и дронами, и просто могут быть отправлены на дно или так повреждены, что толку от их дальнейшего использования не будет вовсе никакого.
Ну так мировые дипломаты ни на что негодны. Поэтому все кругом и воюют. Или что-то здесь не то?
Показательно, что пока американцы и израильтяне атаковали Иран одновременно с этим начались «игры в переговоры», в которых активную роль вдруг сыграл Пакистан. «Вдруг», потому как ему конкретно выпали большие неприятности от того, что соседа – Иран – бомбили беспрестанно, а через Ормузский пролив к нему не поступали ни нефть, ни газ. И, казалось бы, при таком посредничестве что-то мирное явно должно было сложиться в этом регионе. Но…
Не сложилось, потому как изначально ничего и быть мирного не могло. Требования у обеих сторон полностью взаимоисключающие, воевать они будут до конца (правда, не очень пока понятно, до чьего конкретно?). А военных возможностей и у тех, и других пока очень даже немало, чтобы вся эта бойня в Заливе и вокруг него продолжалась не один месяц. И даже при условии, что к этим переговорам обе стороны привлекли приличного веса политиков (но явно не переговорщиков), ничего у них не вышло, да и, как показывает практика проведения подобных переговоров, выйти и не могло.
Американцы вот отправляют на дело неких спецпосланников президента, которые уже так примелькались на телеэкранах, что американским дипломатам не совсем иногда ясно: так эти два человека все и дальше будут в дипломатических переговорах решать, или все-таки будет некий определенный внешнеполитический курс, за который именно им придется отвечать? Спецпосланники – оно, конечно, неплохо тем более, что подобные персонажи имеют выход напрямую на президента. От него они получают ценные указания (хотя какие точно, никто, кроме них самих не знает), и получается, что от их слов и действий зависит, какое решение по тому или иному вопросу примет глава государства.
Вот только практического толку особого от спецпосланничества такого рода пока не видно. Оба частных лица «от имени президента» мило улыбаются, пожимают массу рук, рассаживаются в удобные кресла. И… Как покидают какую столицу или другой переговорный город, так все насчет войны и конфликтной ситуации остается неизменным. Более того: спецпосланникам уже верить не хотят, потому как они в основном… обманывают от имени своего президента. Даже говорят теперь: если, где увидите господ Уиткоффа и Кушнера, знайте – они агенты Израиля, и если обещали мир, то значит завтра будет еще более ожесточенная и безжалостная война.
Вспомните, как шли переговоры между Россией и Украиной в присутствии все тех же спецпосланников президента США Трампа. С виду вроде уважаемые люди (по крайней мере с российской стороны), из города в город по карте мира перемещаются, что-то и как-то за плотно закрытыми дверями обсуждают. А потом раз – и ничего на выходе. Война как шла, так и идет, людей убивают с обеих сторон, и так все продолжается до сих пор вот уже более четырех лет. Американцы периодически грозят из переговорного процесса выйти, а потом вроде намекают, что делают тем самым «последнее американское предупреждение»…
А уж сколько, и каких ведомств не подряжалось на переговоры между Израилем и арабскими странами (от Пакистана до всех остальных) – так и сосчитать невозможно. И не очень понятно, кто же во всем этом виноват. То ли военные воевать не умеют, то ли дипломаты вести переговоры. То ли ни то, ни другое попросту невыгодно главам государств. И тем, что в переговорах якобы активно участвуют. Ни тем, кто свое участие в этом процессе по большей части имитирует. Заведомо зная, что толку никакого по результату всех этих миротворческих усилий не будет.
Войны становятся очень дорогим «удовольствием». А дипломатия хоть и дешевле по деньгам, но безрезультатна. Что делать?
После того, как становятся понятными огромные расходы на войну (любую), которые несут все стороны любого конфликта, появляются некие дополнительные аргументы в пользу приоритета дипломатии. Даже предельно нудной, неспешной, с виду вроде как бестолковой - но все это можно допустить, если от таких переговоров да встреч будет хотя бы какой-то прогресс. Да и весьма сильный аргумент в пользу приоритета дипломатии и грамотно продуманных экономических рычагов как основных инструментов внешнего воздействия вроде бы также не подлежит сомнению.
Однако не все здесь просто и однозначно. Не только Америке и России, но и всем ведущим, и с ними имеющим дело странам необходимо срочно и энергично возрождать именно дипломатию, а вместе с ней - и квалифицированную дипломатическую комплексную, многогранную службу. Делать на нее ставку как на важнейший инструмент реализации государственных интересов – особенно если идут военные действия, и особых успехов они со всей очевидностью не приносят.
Конечно, возникает вопрос, а кто такую дипломатию будет проводить, что за люди, и какие у них реально имеются для этого профессиональные и иного плана способности к этому. Ведь на сегодняшний день у тех же Соединенных Штатов и России подобные тонкие и очень важные переговоры отданы по сути дела в руки весьма странных персонажей, а сами переговоры становятся не государственными по своей сути, а сугубо личностными.
Но, согласитесь, что и это все происходит отнюдь не случайно. Значит нет никакого доверия именно к высокого уровня дипломатам. Не тем, что будут сидеть за столом переговоров, и что им кто-то сверху поручит, то они и будут как заговоренные бубнить. А те, кто в рамках строго очерченных государственных интересов смогут реально убеждать противоположную сторону в правоте своей позиции. Если надо - идти на какие-то обдуманные заранее, в том числе на самом верху уступки, и в то же время стремиться добиваться уступок от дипломатов противоположного лагеря.
Но для этого надо абсолютно по-новому готовить и переучивать и уже работающих дипломатов, и готовить новые кадры. Внедрять самые передовые технологии, максимально синхронизовано, и полностью согласованно действовать с другими смежными государственными ведомствами, которые занимаются внешней политикой. Согласитесь, что не нормально, когда те же Уиткофф и Кушнер прилетают в какую-то страну на секретные переговоры, и вообще не общаются со своими посольствами. Дескать, чтобы лишнего не сболтнули, и переговорам как таковым тем самым не помешали.
Вот только есть ли сегодня у ведущих мировых держав в обойме такие дипломаты, которые могли бы своими чисто переговорными способностями перевесить эффективность (или хотя бы помешать) осуществлению военных действий? Которые требуют все больше финансовых расходов, несут страшные потери в живой силе и технике, разрушают инфраструктуру - что твою, что чужую. И при этом нет ведь никаких выигрышных результатов для государства ни от военных, ни от дипломатов.
Та же Америка столько уже раз обжигалась, используя оба инструмента для решения конфликтов – от военных до политических. Афганистан, Ирак, Сирия, Ливия, теперь вот Иран. Российский список провалов что по военной, что особенно по дипломатической линии куда солиднее - Сирия, Ливия, Ирак, Украина, Армения, Азербайджан, Финляндия, Швециия, страны Центральной Азии, Куба, Ирана, Венесуэла. И ведь каждый новый провал влечет за собой отступление и по другим направлениям. А там опять либо надо войну вести, и расходовать на нее сумасшедшие государственные средства. Либо посылать по Абу-Даби да Женевам дипломатов, которые практически по всем направлениям терпят исключительно переговорные поражения.
Сейчас в Соединенных Штатах под руководством нового Госсекретаря М. Рубио американцы готовят полную ревизию всего дипломатического потенциала, частично в виде политической чистки рядов Госдепа от сторонников Демократической партии, а частично путем насыщения службы специалистами, знающими регионы, страны, владеющими на очень приличном уровне языками, чтобы не просто теоретически вести переговоры с другой стороной (не важно с какой), а чтобы была возможность у них обсуждать, доходчиво разъяснять преимущества именно американской позиции по сравнению с тем, что тебе предлагает собеседник.
При этом американский президент вовсе не отказывается от применения военной силы. И по-прежнему свято убежден в том, что она – само доходчивое оружие в отношениях с любым государством. Также показательно, что уроки Ирана (хотя борьба, а может быть, и дальнейшая полномасштабная война там далеко не закончены) пока лишь частично влияют на принятие внешнеполитических решений Вашингтоном. Американцы по-прежнему делают ставку на спецпосланников, личных друзей президента, его ближнюю родню, которая якобы имеет во всех этих дипломатических играх в переговоры главное преимущество над всеми остальными – прямой доступ к президенту страны, и они готовы беспрекословно выполнять любые его распоряжения.
Но когда ракет для противовоздушной защиты собственного неба не хватит, а противник окажется гораздо более качественно, и технически на высоком уровне подготовленным, нежели ты раньше думал, так или иначе военное решение любого вопроса по идее должно уступить место именно искусству дипломатии.
Однако для этого нужны будут не только совсем иные послы и министры иностранных дел, но и по многим позициям первые лица государств, у которых искусство переговоров в планах дальнейшего продвижения национальных внешнеполитических интересов будет стоять на порядок выше военно-стратегических операций и налетов беспилотников.
