Подъем-переворот
Как «Увольнение друга» превратилось в предотвращение попытки захвата власти
Жылдыз АЛИЕВА, Бишкек
В КОНЦЕ апреля 2026 года политическая система Кыргызстана столкнулась с самым серьезным кризисом после событий 2020 года. Менее чем за два месяца до этого, некогда единый тандем «президент Садыр Жапаров – глава ГКНБ Камчыбек Ташиев» приказал долго жить – и президент уволил главу ГКНБ. Теперь выясняется, что это было не просто увольнение, а предотвращение попытки переворота в стране. В центре конфликта - так называемое «письмо семидесяти пяти» - требование досрочных выборов и последующее уголовное преследование «ташиевской части» недавней элиты. Судя по всему, за фасадом юридических споров скрывалась жестокая борьба за власть, и на кону стоял полный контроль над системой сдержек и противовесов.
Жапаров: «Ситуация находилась под моим контролем»
В интервью изданию «Кактус.медиа», опубликованном 26 апреля, президент Садыр Жапаров впервые подробно прокомментировал отставку своего соратника Камчыбека Ташиева и обстоятельства возникновения «письма 75-ти».
Глава государства представил нарратив о многоходовой комбинации, направленной на нейтрализацию угрозы насильственной смены государственной власти. По его словам, инициатива депутатов (позже названных «интриганами») о переносе президентских выборов на 2026 год вместо 2027 года находилась под его контролем с момента ее возникновения. Жапаров заявил, что отслеживал письмо на всех этапах его прохождения в Жогорку Кенеше и вмешался именно в момент, когда вопрос был готов к вынесению на пленарное заседание.
Ключевой тезис интервью заключался в морализации действий президента: Жапаров назвал отставку Ташиева «спасением друга». По версии президента, его решение было опережающим ударом по окружению экс-главы ГКНБ («аксакалам и карасакалам»), которые пытались использовать Ташиева для «раскола госаппарата». Примечательно, что Жапаров фактически предрешил будущее своего бывшего соратника, заявив, что тот больше никогда не займет госдолжность, хотя судебное решение еще не вынесено. «Наличие или отсутствие его причастности установят следствие и суд», - заявил президент, дистанцируясь от процесса, но одновременно давая политическую оценку и самостоятельно «выписанный» запрет.
Тройка против дуэта
Ключевым мотивом, побудившим Жапарова пойти на столь рискованную конфронтацию, по его словам, стало раскрытие деталей того самого «плана», который вынашивало окружение Ташиева. Анализ действий фигурантов дела показывает, что затея с «письмом 75» была лишь верхушкой айсберга. В случае успеха заговора (в его политической, а не силовой интерпретации) должна была кардинально измениться конфигурация власти в Кыргызстане.
Источники и логика развития событий указывают на то, что Камчыбек Ташиев готовил переформатирование «тандема» в «триумвират», где роль президента становилась номинальной, а реальная власть переходила к трем фигурам:
Камчыбек Ташиев (Силовой блок). Как инициатор и куратор, он должен был сохранить фактический контроль над ГКНБ и МВД. Объединение этих структур под единым управлением позволило бы ему полностью контролировать карательную систему страны.
Курманкул Зулушев (Прокуратура). В новом раскладе именно этому персонажу (экс-депутату и фигуранту текущих допросов) отводилась роль «сторожа» над Генеральной прокуратурой и, вероятно, Верховным судом. Зулушев должен был стать тем человеком, который легитимизирует любые решения силовиков через прокуратуру и обеспечит «законное» прикрытие для любых политических репрессий против сторонников Жапарова.
Нурланбек Тургунбек уулу (Шакиев) (Парламент). Как опытный аппаратчик и экс-спикер, он должен был возглавить Жогорку Кенеш (парламент). Под контролем Тургунбек уулу парламент перестал бы быть местом дискуссий и превратился бы в декоративный орган, штампующий решения ташиевского блока: от изменений в Конституцию до переноса президентских выборов (тот самый повод, с которого всё началось).
Таким образом, Жапаров столкнулся с прямой угрозой стать «декоративным президентом». Если бы Ташиеву удалось посадить своего человека (Тургунбек уулу) в кресло спикера, а Зулушева — на ключевой пост в надзорных органах, Жапаров оказался бы в политической изоляции внутри собственного государственного аппарата, лишенный влияния и политической субъектности.
Именно это понимание стало триггером для «упреждающего удара» со стороны президента по «тройке». Жапаров осознал, что промедление приведет к тому, что он останется на вершине лишь формально, тогда как реальные рычаги - силовики, суды, бюджет и законотворчество - уйдут к «тройке». В ответ на этот вызов и была запущена операция по демонтажу команды Ташиева.
Допросы, аресты и обвинения
После периода относительной тишины (отставка произошла еще 10 февраля) 29–30 апреля 2026 года произошло резкое обострение. Главное следственное управление МВД КР перешло к активным действиям. Интересно, что следствие синхронизировало свои действия по всем трем фигурам одновременно, что подтверждает версию о едином «заговоре тройки».
В ГСУ МВД были вызваны и допрошены бывший председатель ГКНБ Ташиев, бывший торага (спикер) парламента Тургунбек уулу (Шакиев) и бывший депутат Зулушев. Адвокат Икрамидин Айткулов официально подтвердил, что его подзащитному Ташиеву предъявлено обвинение. Экс-главе спецслужб инкриминируют две тяжкие статьи, фактически политические: насильственный захват власти или насильственное удержание власти (попытка государственного переворота) и злоупотребление должностными полномочиями (совершенное из корыстной или иной личной заинтересованности лицом, занимающим ответственное положение).
На этом фоне мера пресечения выглядит необычно мягкой - Ташиев отпущен под подписку о невыезде. Допросы, по сообщениям СМИ, продолжались до поздней ночи. Обычно при обвинении по подобным статьям УК предусмотрен немедленный арест, но тут Ташиева почему-то решили не сажать в СИЗО.
Зачистка наследия Ташиева
Понимая, что «письмо 75» подписали не абстрактные люди, а конкретные 75 депутатов (фактически большинство Жогорку Кенеша), Жапаров инициировал параллельный процесс, который эксперты уже назвали «Весенняя чистка-2026».
После того как стала очевидной угроза со стороны «тройки» (в лице Тургунбек уулу), президентская администрация начала масштабную кампанию по выявлению и изоляции «людей Ташиева» в законодательном органе. Этот процесс включает в себя досрочное лишение депутатской неприкосновенности для группы народных избранников, лояльных экс-главе ГКНБ.
Параллельно с делом о перевороте возбуждаются коррупционные эпизоды против депутатов, поддержавших «письмо». Это классический прием «кнута»: депутатам дают понять, что, если они не дистанцируются от Ташиева, их ждет тюрьма по экономическим статьям. Также в кулуарах обсуждается вопрос о полной смене руководства парламента, даже несмотря на то, что текущий состав был избран относительно недавно. Цель - разбить любую вертикаль, которая могла сложиться вокруг фигуры Тургунбек уулу.
Таким образом, парламент, который Ташиев готовил как плацдарм для своей будущей власти, в течение нескольких недель после отставки экс-главы ГКНБ превращается в зону полного контроля администрации президента.
Пассивность Ташиева и атака Бекназарова
Реакция фигурантов и оппозиции оказалась неоднородной, что говорит об отсутствии единого фронта сопротивления власти и о том, что план «Тройки» был разрушен на взлете. Сам Ташиев выбрал стратегию подчеркнутого смирения. В своем обращении к народу (29 апреля) он публично призвал сторонников не выходить на протесты и соблюдать закон. «У меня есть возможность в полной мере защитить себя в этом уголовном деле. Я невиновен и, даст бог, буду оправдан», - заявил Ташиев, демонстративно выразив доверие судебной системе, которую он сам курировал, будучи главой ГКНБ.
Это заявление выглядит, как попытка сохранить остатки политического влияния и избежать провокаций, которые могли бы быть использованы властями для ужесточения меры пресечения (например, заключения под стражу). Ташиев понимает, что массовые протесты сейчас - это не ресурс, а приговор, который позволит Жапарову ввести чрезвычайное положение и закончить разгром клана окончательно.
Адвокат Икрамидин Айткулов выступил в роли основного рупора защиты Ташиева, он уже заявил, что Ташиев не признает вину по предъявленным ему обвинениям.
На этом фоне Руслан Бекназаров (сын известного политика Азимбека Бекназарова) занял более жесткую позицию. В ответ на обвинения Ташиева он выступил с критикой, требуя неотвратимости наказания. В контексте кыргызской политики - это важно, так как семья Бекназаровых исторически является антагонистами Ташиева, видя в нем символ «узурпации власти и репрессий». Заявление Бекназарова поляризует общество, разбивая нарратив власти на тех, кто поддерживает «чистку» и тех, кто видит в ней лишь смену кланов.
Что дальше?
Основываясь на совокупности представленных фактов, можно сделать следующие выводы о текущем политическом моменте в Кыргызстане:
- Завершение «тандема» и уничтожение «триумвирата»: Конфликт перешел из скрытой фазы (отставка в феврале) в открытую юридически-карательную (обвинение в апреле). Президент Жапаров продемонстрировал, что институт силовиков ему больше не нужен в качестве самостоятельного актора. Угроза потерять контроль над прокуратурой и парламентом была сочтена экзистенциальной, поэтому Жапаров пожертвовал «другом» ради консолидации власти в своих руках.
- Юридическая инженерия: Дело выглядит как классический для постсоветского пространства сценарий «перевода политической конкуренции в уголовную плоскость». Поводом стало не вооруженное восстание, а письмо с призывом перенести выборы и «план» по занятию высших постов (спикер и силовики). Это создает опасный прецедент, когда внутриэлитные договоренности и политические амбиции приравниваются к попытке переворота.
- Отсутствие эскалации: Самое показательное - отсутствие массовых протестов. Призыв Ташиева к спокойствию, вероятно, является следствием реального расклада сил. Его аппаратный ресурс был сломлен зачистками в ГКНБ после его отставки, а парламент, который он готовил для Тургунбек уулу, сейчас сам находится под ударом. Общество, пережившее несколько революций, демонстрирует усталость от политических драм, принимая позицию наблюдателя.
Итак, к концу апреля 2026 года Кыргызстан прошел точку невозврата в трансформации постреволюционной элиты. «Тандем друзей» распался, а попытка создать альтернативный центр власти в лице «Тройки» (Ташиев - Зулушев - Тургунбек уулу) была жестко подавлена. Власть перешла в единоличное управление президента Садыра Жапарова. Суд над Ташиевым и синхронная зачистка парламента от его людей, видимо, станет главным политическим спектаклем года, который покажет, способна ли новая власть применить закон высшего порядка к «неприкасаемым» генералам или перед нами лишь очередной этап передела собственности и влияния, в котором политика играет лишь роль «дымовой завесы».
