Шанс для Токаева
или Как сыграть в «ядерного миротворца» без ущерба для граждан?
Fronte capillata, post est Occasio calva. (Возможность имеет волосы спереди, но лысая сзади [- лови её, пока она идет навстречу, потом не догонишь])
Латинская пословица
ГЛАВНЫЙ НЕРВ мировой геополитики совершенно неожиданно затронул Казахстан. Глава Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси рассказал изданию Financial Times причину своей недавней поездки в Астану: он предложил президенту Касым-Жомарту Токаеву принять на хранение 440 килограмм обогащенного иранского урана, если США и Иран достигнут соглашения по ядерной программе Тегерана. Казахстанский лидер, по его словам, согласился «исключительно в порядке доброй воли» — содействовать урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы. Несмотря на внешне сдержанный ответ, для Астаны предложение шефа МАГАТЭ – неожиданный шанс занять особое место на геополитической карте мира в качестве нейтральной территории в противостоянии крупных держав – России, США и Китая. Но у этой возможности есть крайне тревожная оборотная сторона. Соглашаясь стать «сейфом» для иранского урана, Казахстан в случае новой эскалации между Израилем с США и Ираном превращается в потенциальную цель для их превентивных ударов. Кроме того, еще неизвестно – не вызовет ли согласие стать американской альтернативой Москве и Пекину раздражение у наших ближайших соседей по региону? В каком-то смысле, Казахстан действительно хорошо подходит на роль нейтральной и готовой для размещения опасного груза площадки, но нам, как гражданам страны, важно, чтобы Астана не просто взяла на хранение чужую бомбу «ради спасения мира», но также обеспечила, чтобы в процессе этой «великой миссии» наш собственный дом оставался в абсолютной безопасности.
Неожиданное нападение США и Израиля на Иран 28 февраля, они надеялись одним ударом уничтожить не только политическое руководство страны, но и его военные возможности. Убить рахбара – верховного лидера – аятоллу Хаменеи им удалось, а вот уничтожить запасы урана израильтяне и американцы не смогли – иранцы поместили его слишком глубоко в подземные хранилища на трёх ключевых ядерных объектах - в Натанзе, Фордо и Исфахане. Не смогли США с Израилем и подавить сопротивление иранцев, которые немедленно ответили ожесточенными атаками против американских баз в регионе и по израильской территории. В итоге, США пришлось пойти на перемирие, хотя и крайне хрупкое. Ставка Ирана на перекрытие Ормузского пролива, через который транспортируется до четверти всей мировой нефти, сыграла – даже без угрозы применить запасы урана. Стороны вернулись к сложным переговорам, которые Вашингтон и Тель-Авив в свое время прервали, пытаясь «нахрапом» одним ударом поставить Тегеран на колени. Вопрос об иранском уране стал одним из главных камней преткновения.
Дональд Трамп требует полного вывоза или уничтожения урана, однако Иран выступает категорически против уничтожения, но готов обсуждать передачу третьей стороне. Во время недавнего визита в Пекин российский президент Владимир Путин предложил передать его на хранение России, но Вашингтон это не устроило. Трамп жестко заблокировал предложение Ирана передать уран Москве или Пекину, заявив, что «не потерпит, чтобы Россия или Китай взяли под контроль этот атомный материал». Возможным выходом из ситуации стало новое предложение американского президента, которое, как обычно, было опубликовано им в его социальной сети Truth Social: «Обогащенный уран (ядерная пыль!) должен быть либо немедленно передан Соединенным Штатам, чтобы мы вывезли его домой и уничтожили, либо, что более предпочтительно, уничтожен на месте совместно и по согласованию с Исламской Республикой Иран, либо перемещен в другое приемлемое место под контролем Комиссии по атомной энергии». На эту роль, по мнению Гросси, для хранения под эгидой ООН мог бы претендовать и Казахстан, что может устроить обе стороны конфликта. Именно по этой причине он стремительно приезжал в Казахстан, чтобы обсудить такую возможность с Токаевым. Иранский уран может быть размещен на базе Банка низкообогащенного урана МАГАТЭ, расположенного на территории Ульбинского металлургического завода (УМЗ) в городе Усть-Каменогорске.
Итог переговоров Гросси передал, очевидно, лично Трампу и решил обнародовать посредством интервью в Financial Times, очевидно, чтобы оказать на американское руководство некое внешнее давление, сообщив международному сообществу и всем заинтересованным сторонам, что существует такая возможность для компромисса. Теперь, когда глава МАГАТЭ прямо заявил, что Казахстан мог бы стать стабильной площадкой для хранения иранского урана и он даже согласен на это, Соединенным Штатам будет сложно говорить об отсутствии вариантов для мирного решения уранового вопроса.
Если говорить предметно, то речь идет о примерно 440 килограммах урана, обогащенного до 60%. Вообще, в международной системе оценок оружейным (или высокообогащенным) ураном принято считать уран с уровнем обогащения от 20% и выше по изотопу урана-235. В мирной атомной энергетике на большинстве гражданских АЭС используется низкообогащенный уран с уровнем обогащения всего от 3% до 5%. В Банке НОУ МАГАТЭ, расположенном в Усть-Каменогорске, хранится низкообогащенный уран – исходное сырье для изготовления топлива для атомных реакторов.
Уран с уровнем обогащения в 60% можно дообогатить до стандарта современного ядерного оружия – 90% - в кратчайшие сроки, и тогда 440 килограммов потенциально хватит для создания примерно от трех до двенадцати компактных и эффективных боеголовок. Средства их доставки у Ирана есть – целая линейка баллистических ракет с дальностью до 2 тысяч километров способна поразить не только Израиль, но и достичь Европы. Либо в его нынешнем состоянии этим количеством урана начинить 2-3 тяжелых ядерных устройства мощностью около 10–15 килотонн (эквивалент бомбы, примененной американцами в Хиросиме).
В марте-апреле американцы и израильтяне всерьез говорили о возможности сухопутной или десантной операции в Иране, и главным образом речь шла о том, чтобы вывезти оттуда запасы урана. Однако, судя по всему, в этот раз они прислушались к своей разведке и не стали действовать из-за риска слишком больших потерь. О том, что они неизбежны, мы можем судить по итогу полупровальной операции по спасению сбитого американского пилота в районе Исфахана в марте 2026 года. Эксперты считают, что этот эпизод стал поворотной точкой, которая окончательно убедила Пентагон и Белый дом в абсолютной невозможности проведения наземной десантной операции по захвату и вывозу иранского урана. И тут Трампу может очень пригодиться удобный, ни с кем не враждующий Казахстан, с ядерным опытом.
Официальную позицию самой Астаны для общественности более подробно раскрыли в МИД РК. «В данном случае глава МАГАТЭ указывал и на наличие в Казахстане банка низкообогащенного урана МАГАТЭ, который принадлежит организации и вносит важный вклад в укрепление глобального режима ядерного нераспространения, обеспечивая дополнительным механизмом гарантированных поставок ядерного топлива для мирных ядерных программ», — сообщил официальный представитель МИД РК Ерлан Жетыбаев. Он добавил, что «Казахстан, как участник Договора о нераспространении ядерного оружия и государство, не обладающее ядерным оружием, выступает за использование атомной энергии исключительно в мирных целях и под гарантиями МАГАТЭ».
Представитель МИД заявил, что Казахстан внимательно следит за международными договоренностями вокруг иранской ядерной программы и поддерживает усилия, направленные на укрепление стабильности, безопасности и диалога. «Ряд стран, включая Казахстан, выразили готовность в духе доброй воли оказывать техническое содействие в решении данного вопроса при условии достижений соответствующих международных договоренностей между всеми вовлеченными сторонами и переводом вопросов в практическую плоскость», — крайне дипломатично отметил Жетыбаев.
Несмотря на сдержанность дипломатов, вполне очевидно, что предложение МАГАТЭ – это потенциально шикарный подарок для Астаны и лично Токаева, как президента и идеолога внешней политики Казахстана в одном лице. Если Казахстан действительно примет на хранение иранский высокообогащенный уран, страна получит колоссальные геополитические, дипломатические и технологические дивиденды. Астана сможет претендовать на статус международного «ядерного миротворца», укрепив свое положение ключевого игрока в архитектуре глобальной безопасности. Предоставление площадки для решения острейшего кризиса между США и Ираном может поставить Астану в один ряд с главными дипломатическими столицами мира (такими как Женева или Вена), а Токаева – на одну доску с лидерами сильнейших держав.
Если Казахстан сумеет сыграть эту роль, Вашингтон может оказаться в долгу у Астаны, поскольку сейчас Трамп пребывает в ситуации, похожей на тупик, куда он загнал сам себя, напав на Иран. С одной стороны, он не может его легко победить, с другой стороны – и уйти, не добившись своих целей, он также не может. Эвакуация урана из Ирана может стать чем-то, что реально можно «продать», как победу, американским избирателям. В этой ситуации Астана потенциально может выторговать себе какие-то послабления, - например, гарантировать иммунитет от вторичных американских санкций. Кроме того, успешное посредничество может также помочь снизить геополитическое давление на Казахстан со стороны крупных соседей.
С другой стороны, есть и риски – низкообогащенное отработанное топливо АЭС это одно, а высокообогащенный иранский уран – совсем другое. Хранение материалов такого уровня обогащения требует беспрецедентных мер физической защиты, кибербезопасности и предотвращения утечек. Любой инцидент, хакерская атака на системы завода или попытка кражи материала могут нанести непоправимый удар по международной репутации Казахстана. Кроме того, в случае срыва ядерной сделки или нового витка эскалации этот объект потенциально может стать целью для превентивного удара или диверсий со стороны противников Ирана. Поэтому, если Астана все же согласится на такое, она должна получить серьезные гарантии со стороны всех участников конфликта, включая агрессивный Израиль, известный своей любовью к тайным операциям и неожиданным провокациям.
Ну, и ключевой момент – руководству страны крайне важно каким-то образом «монетизировать» свое миротворчество, чтобы улучшить жизнь простых граждан, а не просто пропиарить свою мудрость. Будут ли это новые инвестиции в нашу экономику, сфокусированные на создании рабочих мест в регионах, образовательные проекты или новые технологии для бизнеса, простые казахстанцы должны почувствовать непосредственно на себе положительное влияние от удачных политических шагов на международной арене. Если же этого не произойдет, то из удачного решения размещение оружейного урана в нашей страны может быстро превратиться в фактор нестабильности и внешнего вмешательства в наши дела со стороны крупных держав и «стратегических партнеров».
