Си превратил Пекин в полюс
геополитический
«ДН»
САММИТ ШОС в Тяньцзине, а затем парад в Пекине в честь годовщины окончания Второй мировой войны продемонстрировали, что политика Трампа на развал ориентированного на доминирование Запада мировой системы начала приводить к конкретным результатам. Пекин воспользовался геополитическим вакуумом и начал собирать вокруг себя новых союзников, сохраняя свою линию на многостороннюю дипломатию и дипломатический компромисс. Если Военный парад с Путиным и Ким Чен Ыном – это внешняя сторона китайской монеты, с другой (внутренней) стороны – присутствие на саммите ШОС Нарендры Моди, индийского премьера. Еще недавно Индии в геополитической повестке отводилась роль глобального конкурента Китая, куда должна была быть передислоцирована европейская тяжелая промышленность, чтобы превратить Нью-Дели в новую «мировую фабрику товаров», теперь же мы видим, что индийцы активно включились во внутренние дела «шанхайцев», заблокировав азербайджанскую заявку. Что же касается ставки Трампа – оттащить Россию от Китая, фактически, «сдавая» ей Украину, то она, похоже, провалилась – автократу Путину проще и привычнее иметь дело с «императором Си», чем с непредсказуемым Дональдом, который вместо привычных игр в геополитические шахматы готов перевернуть доску вверх дном, чтобы объявить себя чемпионом. «Америка превыше всего» - лозунг Трампа, в соответствии с которым он спокойно ссорится с традиционными союзниками, похоже, кончится тем, что Америка просто останется одна. Чем, похоже, и готов воспользоваться по-азиатски обходительный Пекин. Для Казахстана это означает коренную перестройку геополитической карты и балансов, в рамках которых мы существовали последние 30 лет.
Русская поговорка – «Не имей 100 рублей, а имей 100 друзей» - похоже, стала ребусом, на который в Вашингтоне и Пекине отвечают принципиально по-разному. Президент США Дональд Трамп, очевидно, предпочитает именно 100 рублей. Это оставляет Пекину исторический выбор из брошенных Трампом друзей. И, судя по тому, что Индия проявила такой повышенный интерес к прошедшему саммиту ШОС, стратегия Китая дать Трампу совершить все ошибки, приносит определенные плоды.
Изначально отношения по линии Нью-Дели – Пекин никогда не были теплыми. Не случайно именно на индийской территории нашел убежище лидер тибетских сепаратистов – Далай-лама. Размеры стран, их экономик и населения предопределяли континентальную конкуренцию между ними. Более того, в какой-то момент массовые драки между индийскими и китайскими пограничниками в Гималаях превратились в явный признак враждебности между странами. Добавьте сюда еще и тот факт, что Пекин, фактически, содержит пакистанскую экономику, а Исламабад является главной военной угрозой индийской безопасности, то мы получали вполне очевидный расклад, в рамках которого Запад рассчитывал создать себе альтернативную фабрику товаров для мировой экономики в Индостане, чем бы подрывал китайскую монополию. Многие политологи открыто писали о плане «нового мирового порядка», в рамках которого европейская промышленность переезжает в Индию, ее подключают к транспортным и энергетическим возможностям ближневосточного хаба (с участием Израиля и Саудовской Аравии).
Теперь же, получается, что индийские элиты разочарованы в новом Западе, который усилиями Трампа превращается в засилье интересов одной Америки, ведущей себя, как пубертатный старшеклассник на физкультуре. Напротив, вынужденно дешевые российские ресурсы и компромисс с Пекином, похоже, выглядят все более привлекательными вариантами, особенно на фоне того, что теперь уже и Европа сама пересматривает отношения с Китаем в области сближения торговых интересов. Старый свет, бросаемый своим заокеанским «внучатым племянником» - США - на геополитический произвол, хотя и демонстрирует, что не собирается торговать Украиной, как это делает администрация Трампа, все равно осознает, что должен по-новому выстраивать диалог с «Восточным полюсом» многополярного мира. Особенно, если ему завтра все же придется находить какие-то четкие договоренности по перемирию по корейскому варианту в Украине. Сейчас, когда Кремль в возросшей степени зависит от Пекина и Пхеньяна (вплоть до слухов о том, что китайские финансы могут оплатить до 100 тысяч новых северокорейских «пехотинцев Путина»), Европе волей-неволей придется договариваться именно с «императором Си».
Разговоры же о том, что Тяньцзин станет местом личного триумфа Путина, который сможет рассказать коллегам по авторитаризму о том, как он «развел» американского президента в Анкоридже, по сути, получив встречу в обмен ни на что, похоже, так и остаются утешением кремлевской пропаганды. Из поведения, «языка тела» в ходе общения между председателем Си и Путиным было видно, что первый прекрасно понимает, насколько он, а не его гость, на самом деле владеет ситуацией. В известном смысла рост международного влияния Пекина сегодня происходит не только за счет грубости и ограниченности Трампа, но и за счет того, что российский лидер, грезивший восстановлением СССР, так и остается в украинском капкане, отвергнутый Европой. Фатальное ослабление российских возможностей и изоляция России со стороны даже расколотого Запада – такой же подарок для Китая, как и развал НАТО и авантюрная поддержка Израиля, практически уничтожившая весь тот оптимизм, который был вокруг Авраамовых соглашений.
На этом фоне даже западные наблюдатели вынуждены отмечать рост влияния Пекина, хотя все еще указывают на раскол между «Западом» (по сути разваливаемым усилиями США) и условным «Востоком» с лидерством КНР. «Список гостей [парада в Пекине] подчеркнул, насколько углубился раскол между Пекином и Западом, особенно в связи с тесной поддержкой Китаем России в войне против Украины, - цитирует Би-Би-Си колумнистов The New York Times. - Бросалось в глаза отсутствие высокопоставленных представителей ведущих западных демократий, включая США. Однако лидеры многих стран Юго-Восточной и Центральной Азии присутствовали на параде, что свидетельствует об успехах Китая в укреплении регионального партнерства, пишет издание».
Также британские журналисты цитируют директора Китайского центра имени Джона Л. Торнтона в Институте Брукингса Райана Хасса, который отмечает, что «для Си Цзиньпина присутствие других лидеров на параде — это подтверждение прогресса в достижении его целей». Судя по всему, западных экспертов больше всего пугает даже не то, что Китай заполняет вакуум, созданный деструктивными усилиями Трампа, сколько скорость, с которой он это делает. «Председатель Си давно стремится поставить себя в центр нового мирового порядка, который придет на смену разваливающимся глобальным системам, напоминает дипломатический корреспондент Би-Би-Си Джеймс Лэндейл. Важнее другое: скорость, с которой Китай заполняет вакуум, образовавшийся после сознательного отказа Америки от международных норм и институтов».
Они также отмечают, что пока самым большим «призом» для Китая стал именно Нарендра Моди (а не Владимир Путин). «Еще тревожнее, что жесткие пошлины США так быстро подтолкнули Индию, крупнейшую демократию мира, в теплые объятия Китая, крупнейшей автократии мира, пишет корреспондент Би-Би-Си: «Экономический национализм и подрывная дипломатия Америки Дональда Трампа открывают для Китая невиданные дипломатические возможности, и Си Цзиньпин хватается за них обеими руками — своим саммитом и парадом».
Конечно, не стоит абсолютизировать результаты Тяньцзина и Пекина, речь не идет о том, что Пекин уже перехватил инициативу у США на планетарном уровне. Он всего лишь собирает пока самые крупные плоды ошибок Америки, и делает это, похоже, демонстративно. Сами же «перебежчики» из стана Запада не спешат утопать в объятиях Китая, они хотели бы, скорее, использовать его для оказания отрезвляющего влияния на США. Что, в целом, все равно превращает Китай в реальный полюс мирового влияния. Редактор Би-Би-Си по России Стив Розенберг полагает, что все пышные декорации и теплые объятия в Пекине — это в первую очередь четкий сигнал администрации Трампа: «Итак, вы хотите, чтобы Америка снова стала великой? Это же Америка прежде всего, да? Что ж, тогда мы предложим альтернативу порядку, возглавляемому США». И поэтому Путин и Си демонстративно называют друг друга «дорогим другом» и «давним другом»; поэтому лидеры Китая, России и КНДР сидят бок о бок на военном параде. «В геополитической вселенной различные силы объединяются в противовес американскому господству», — отмечает Розенберг, оговариваясь, что между этими силами сохраняются значительные противоречия.
Также и китаист Алексей Чигадаев, которого цитирует сайт Би-Би-Си, тоже считает, что «не стоит переоценивать политическую значимость встреч в Китае». И пока просто довольно многие страны пользуются сложившейся ситуацией, чтобы успешно лавировать между Китаем, ЕС и США и выторговывать себе преференции. «Вы нас не любите — мы пойдем в Китай. Ах, вы не хотите, чтобы мы были с Китаем? Ну, тогда отменяйте, Дональд Трамп, свои невероятные таможенные пошлины», — обрисовал он эту ситуацию. «По словам эксперта, никакой политической революции не произошло: на базе ШОС не построили новой ООН; не все отвернулись от США и ЕС. К тому же в демонстративной беседе Си Цзиньпина, Путина и премьер-министра Индии Моди было больше картинки, чем содержания, обращает внимание Чигадаев: председатель Си не говорит по-английски, и вести разговор на троих лидеры никак не могли».
Даже спонсируемый Госдепом США сайт «Радио Азаттык» вынужден признавать прогресс влияния Пекина. «Дипломатия Пекина в последние годы нацелена на утверждение образа «великой страны», формирующей «сообщество единой судьбы человечества». Пока мир находится в состоянии нестабильности и хаоса — в том числе из-за торговой политики США и введенных их президентом таможенных тарифов, - Китай хочет показать себя ответственной и стабильной державой. И вместе с тем- главным звеном антизападной оси. Пока американский лидер ведет тарифную войну, Си Цзиньпин говорит о необходимости многосторонних торговых отношений. США вышли из климатического соглашения — Пекин объявляет о продолжении борьбы с глобальным потеплением», - отмечает сайт. «(Мы должны) противостоять менталитету Холодной войны, блокировать конфронтацию и методы запугивания», — цитируют американские журналисты ключевые слова Си Цзиньпина на саммите в Тяньцзине.
Для Казахстана все это означает, что мы в ближайшие годы будем иметь сокращение влияния России при сопоставимом росте его уже у Пекина. С одной стороны – это объективно положительный процесс в смысле расширения транзитных и торговых возможностей Центральной Азии по линии Восток-Запад, что должно обеспечить Астану альтернативными экспортно-импортными маршрутами. С другой – мы можем столкнуться с ситуацией, когда речь идет не о конкуренции Китая и России на нашей территории, а о конкуренции Астаны и Москвы за ресурсы китайской экономики. И в этом направлении, мы, похоже, уже пропустили одну шайбу – расширение газовых контрактов КНР с РФ уже по крайней мере на время «похоронило» планы расширения газопроводов в Поднебесную по нашей территории. Кроме того, в отличие от России, Китай может спокойно выстраивать торговые маршруты в ЦА вне Казахстана, по территории Кыргызстана, Узбекистана и Туркменистана, что, конечно, несколько неприятно для Астаны, уже привыкшей давить на больные места южных соседей в транзитной торговле через наши пограничные пункты. В целом же, мы находимся на пороге большой геополитической перестройки, в рамках которой ветер с глобального Севера и Запада будет постепенно сменяться ветром с Востока и Юга. Как в свое время сказал председатель Мао Цзедун: «Ветер с Востока одолевает ветер с Запада». И тут – самое главное это, сделать так, чтобы нас не снесло этими ветрами, а перестройка не завершилась также, как у Горбачева – демонтажем всей системы…
