Жапаров хочет остаться

у власти

Жылдыз АЛИЕВА, Бишкек

КАК МЫ и предполагали – вслед за досрочными парламентскими выборами в Кыргызстане проведут и президентские. И тоже раньше срока. В информационном пространстве республики начались информационные вбросы по поводу того, может ли текущий президент Садыр Жапаров вновь выдвинуть свою кандидатуру на пост главы государства или нет.

Обзор мнений и аргументов

В Кыргызстане усиливается дискуссия вокруг сроков президентских полномочий и возможного проведения досрочных выборов главы государства. Поводом стала правовая неопределенность, возникшая после принятия новой редакции Конституции в 2021 году. Однако, по мере развития обсуждения, вопрос все отчетливее приобретает политическое и международное измерение.

Условно позиции сторон можно разделить на два лагеря: власть, апеллирующую к стабильности и формальному мандату, и экспертное сообщество, предупреждающее о рисках для легитимности и о международных последствиях.

Представители исполнительной власти демонстрируют уверенность как в законности возможности нового выдвижения Жапарова, так и в электоральных перспективах действующего президента. Заместитель председателя кабинета министров Эдиль Байсалов прямо заявил прессе, что «не сомневается в переизбрании Садыра Жапарова на следующий срок». По его словам, под руководством нынешнего президента страна демонстрирует устойчивое развитие, а ключевые направления государственной политики уже выстроены на долгосрочную перспективу — до 2032 года. «Даст Бог, наш народ переизберет нашего президента. Вопрос только — это будет 75, 85 или 90%», - сказал Байсалов, в прошлом – известный демократ.

Подобная риторика показывает, что внутри власти вопрос выборов рассматривается не как проблема легитимности, а как вопрос времени и процедуры, не влияющий на конечный результат. Близкую по логике, хотя и менее политизированную позицию занимает экс-премьер-министр Феликс Кулов, в прошлом не раз боровшийся за власть, а теперь, очевидно, стремящийся заслужить ее расположение. Он напоминает, что с формально-юридической точки зрения выборы могут быть назначены только после прекращения полномочий действующего президента. Кроме того, Кулов указывает на объективные обстоятельства: председательство Кыргызстана в ШОС, подготовку международного саммита и проведение Всемирных игр кочевников.

По его мнению, совмещение масштабной избирательной кампании с этими задачами может создать дополнительные риски для управляемости, а потому разумнее придерживаться конституционных сроков. Вместе с тем, Кулов также выразил уверенность, что в 2027 году Садыр Жапаров одержит легкую победу ввиду отсутствия сильных альтернатив. Сам Жапаров пока не заявлял во всеуслышание о своих планах.

Позиция экспертов и юристов: правовая коллизия и риск делегитимации

Экспертное и юридическое сообщество оценивает ситуацию значительно более критично, делая акцент на противоречиях переходного периода.

Бывшая судья Конституционного суда Клара Сооронкулова указывает на ключевой момент: Садыр Жапаров был избран в январе 2021 года в условиях действия Конституции 2010 года — с парламентской формой правления и шестилетним сроком полномочий. Новая Конституция, принятая уже после выборов, радикально изменила модель власти и статус президента.

С ее точки зрения, после принятия нового Основного закона должны были быть проведены новые президентские выборы, чтобы закрепить легитимность главы государства уже в рамках президентской формы правления. «По новой Конституции президент может выдвигаться — юридических препятствий нет. Но с точки зрения права и логики было бы правильно провести выборы раньше, не дожидаясь истечения шестилетнего срока», — считает госпожа Сооронкулова.
Противоположную позицию занимает экс-депутат Жогорку кенеша и бывший коммунист Исхак Масалиев, настаивающий на принципе неизменности ранее полученного мандата. Он подчеркивает, что избиратели голосовали за президента один раз и на шесть лет, и последующие изменения Конституции не могут иметь обратной силы. По его мнению, «пересмотр сроков задним числом противоречит базовым принципам права и напоминает практики, уже имевшие негативные последствия в политической истории страны».

Более нейтральную, но принципиально важную позицию обозначил политолог Зайнидин Курманов. Он признает, что оба подхода имеют юридические основания, поскольку сталкиваются два принципа: утрата силы старых норм и сохранение ранее возникших правоотношений. В этой ситуации, по его мнению, окончательное слово должен сказать Конституционный суд, иначе спор будет продолжаться в политическом поле.

Международный фактор: скрытая уязвимость

Отдельный пласт дискуссии связан с международным правом и восприятием Кыргызстана внешними партнерами. Бывший посол Кыргызстана в США и Канаде Бакыт Аманбаев предупреждает: если президентские выборы состоятся в 2027 году, это может быть расценено как нарушение новой Конституции и демократических процедур. Среди возможных последствий он указал: критическая оценка со стороны Венецианской комиссии; негативные выводы миссий ОБСЕ/БДИПЧ; сомнения в легитимности выборов и, шире, в правовой предсказуемости государства.

В условиях активного участия Кыргызстана в международных организациях и интеграционных процессах такие сигналы могут иметь не только репутационные, но и практические последствия.

Как мы видим, консенсуса между политиками и юристами нет. Будет ли теперь отложено решение, непонятно. Обзор позиций показывает: между властью и экспертным сообществом существует не просто разница во взглядах, а разный подход к пониманию легитимности.
Власть исходит из политической стабильности, формального мандата и уверенности в общественной поддержке. Эксперты — из необходимости правовой определенности и соответствия международным демократическим стандартам.

Пока окончательное институциональное решение — через Конституционный суд или политический консенсус о досрочных выборах — не принято, правовая неопределенность сохраняется. И чем дольше она остается нерешенной, тем выше вероятность того, что юридический спор превратится в фактор внутреннего и внешнего давления на государство.

И главное – это также может вырасти в открытое противостояние внутри правящего тандема. Не секрет, что у главы ГКНБ Камчыбека Ташиева также были президентские амбиции, он даже участвовал в выборах президента в качестве кандидата, но не набрал достаточного количества голосов. Общественности неизвестны детали договоренностей между экидосами (двумя друзьями) – правящим тандемом – но логично предполагать, что они предусматривают обмен постами – вначале один является президентом, а потом – второй. Если Жапаров отойдет от этого соглашения, то все будет зависеть от позиции Ташиева – согласиться на это или постараться урезонить друга…