Сквозняк в Срединном коридоре:
отсутствие расширения главной альтернативы российской логистике продолжает тормозить казахстанский экспорт
«ДН»
ЭКСПОРТ украинской стали был, фактически, полностью уничтожен в августе-сентябре, освободив хотя и небольшую, но реальную долю рынка стали в Европе. Еще раньше санкции вычеркнули из списка поставщиков российских сталеваров. Исчезновение дешевого российского газа снизило внутреннее производство стали в ЕС. Все это могло бы создать новые возможности и облегчить экспансию казахстанской продукции, но практически все они были упущены по банальной причине – наша страна так и не сумела организовать реальное расширение экспорта по Срединному коридору – едва ли не единственной альтернативе экспортным маршрутам по российским транспортным коммуникациям, замороженным войной и санкциями. Если наша страна и получит какое-то преимущество из-за того, что в Европе освобождаются доли рынка целых стран-конкурентов, то только косвенные – от роста цены на сталь и освобождения каких-то позиций непосредственно в Центральной Азии. Точно также, как мы не смогли серьезно нарастить экспорт нефти через Каспий, вынужденные полагаться на проблемный нефтепровод КТК, идущий по российской территории и не раз становившийся уже целью украинских атак. Безусловно, кардинально расширять возможности экспортных маршрутов – титаническая задача, которую невозможно выполнить за один день. Но, если отчитывать от начала российско-украинской войны, на это у Астаны было уже 4,5 года – серьезный срок, за который мы практически не продвинулись в самом очевидном направлении…
На этой неделе на сайте Русской службы Би-Би-Си был опубликован материал о, фактически, смерти украинского стального экспорта: «Удары по стали. Как российские ракеты разрушили важнейшую для Украины металлургическую индустрию». В ней рассказывается о целой кампании по уничтожению отрасли: «Последовательная российская кампания ударов по украинским металлургическим предприятиям началась в августе. К нынешнему моменту ракеты поразили все заводы, некоторые — несколько раз».
«Это ключевой сектор украинской экономики, и он представляет собой выгодную цель для России, - пишет автор статьи на Би-Би-Си. - До начала полномасштабного вторжения в 2022 году на металлургическую и добывающую промышленность приходилось около 10% украинского ВВП и примерно треть экспорта страны. Здесь работали более 500 тыс. человек, с этой отраслью было так или иначе связано примерно 8% всех рабочих мест в Украине. Как говорит [операционный директор «Запорожстали» Александр] Мироненко, из-за недавних российских атак индустрия остановилась и сейчас ее вклад в ВВП страны «вероятно, приближается к нулю». До недавнего времени его компания была крупнейшим в Украине производителем стали и чугуна, но сейчас все ее металлургические заводы не работают».
«Очевидно, что они пытаются остановить украинскую экономику и сделать так, чтобы Украина не могла получать деньги от экспорта за рубеж, не могла платить налоги и зарплаты, чтобы ее города не могли жить и у людей не было работы, — вновь цитирует Би-Би-Си Мироненко. — Пока эти их усилия были очень эффективными».
В условиях того, что и российская сталь, как минимум частично, подпала под российские санкции в Европе, там освободится значительная доля рынка, на которую мог бы претендовать, хотя бы частично, и казахстанский экспорт. Но захватили его, главным образом, азиатские экспортеры. Среди них – Турция, Индия, Китай, Южная Корея. Частично российскую долю экспорта стали в ЕС занимали украинские производители, но только до того момента, пока российские атаки не уничтожили все украинские мощности по выплавке стали. Казахстан подвернувшейся возможностью воспользоваться не смог.
Поскольку та же «Запорожсталь» была крупным поставщиком плоского проката и чугуна в Европу и США, полное выпадение украинского экспорта создало локальный дефицит на этих направлениях. Теоретически это открывает дополнительные ниши для других игроков, включая казахстанский Qarmet, однако этому препятствует сложность логистики поставок из РК в ЕС: российские железные дороги и порты закрыты, а через Каспий, по Срединному коридору, мы так и не смогли нарастить инфраструктуру экспорта.
За последние 4,5 года, прошедшие с начала полномасштабной российско-украинской войны в 2022 году, геополитическая изоляция России и санкционный режим, казалось бы, открыли для Казахстана уникальное историческое окно возможностей. Однако, из-за логистической немощи в рамках того же Срединного коридора (ТМТМ), Астана практически упустила или реализовала крайне неэффективно целый ряд стратегических шансов. Например, мы так и не смогли воспользоваться уходом «Росатома» с рынка мирового урана. Причины – зависимость от российских производителей и трудности логистики в обход РФ.
Не смогла наша страна воспользоваться эмбарго на российский уголь и газ в ЕС. Еще летом 2022 года ЕС ввел полное эмбарго на российский уголь, из-за чего возник жесткий дефицит этого сырья, и цены на него взлетели до небес. Несмотря на то, что Казахстан обладает колоссальными запасами дешевого энергетического угля (Экибастуз, Караганда), и европейские трейдеры были готовы скупать казахстанский уголь миллионами тонн по любым ценам, Астана так и не стала «энергетическим спасителем Европы». Опять подвела логистика: попытки везти уголь вагонами через Срединный коридор натолкнулись на дефицит судов-сухогрузов на Каспии и неготовность грузинских портов, и объемы экспорта в ЕС остались мизерными. К 2024–2025 годам Европа адаптировалась, заместив российские объемы поставками из Колумбии, ЮАР и Австралии. Окно возможностей закрылось. По газу у нас просто нет серьезных объемов на экспорт, хотя если бы мы сумели добиться его серьезной разработки от крупнейших контракторов по договорам СРП и Тенгизу, можно было бы также хорошо заработать.
После того, как боевые действия в Черноморском регионе и проблемы с «зерновой сделкой» периодически парализовали экспорт зерна из Украины и РФ на мировой рынок, вызвав продовольственный кризис в странах MENA (Египет, Судан, Иран), Казахстан, как один из крупнейших экспортеров высококачественной пшеницы, мог бы занять доминирующее положение на рынках Ближнего Востока и Северной Африки. Но не занял. Астана не смогла решить проблему высокой стоимости доставки. Маршрут через Каспий и Иран (коридор «Север — Юг») остался неразвитым из-за нехватки портовой инфраструктуры и санкций против самого Ирана. Казахстан остается заперт на традиционных и менее маржинальных рынках Центральной Азии и Афганистана, где к тому же постоянно проигрывает ценовую конкуренцию более дешевому российскому зерну. Мы также проигрываем российскому демпингу на рынках Центральной Азии (Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан). Казахстан, с тремя НПЗ, имел идеальный шанс стать главным энергетическим хабом и поставщиком бензина, дизеля и авиакеросина для своих соседей, выстроив долгосрочные контракты, но вместо экспансии на внешние рынки правительство было вынуждено годами вводить запреты на вывоз нефтепродуктов автотранспортом, уступив региональный рынок российским поставщикам.
Сегодня под угрозой из-за слабого развития альтернативных российским маршрутам и планы по развитию экспорта редкоземельных металлов. Запад ищет возможности по снижению зависимости от Китая и России по поставкам лития, кобальта, никеля и редкоземельных металлов, необходимых для автопрома и «зеленого перехода», в то время как Казахстан обладает огромной ресурсной базой этих металлов. Страна могла привлечь миллиарды долларов европейских и американских инвестиций в обмен на долгосрочные контракты поставок готовой продукции для аккумуляторов и микросхем. Но большинство проектов за 4,5 года так и остались на стадии меморандумов и соглашений о намерениях. Прорывных заводов по переработке редкоземельных металлов запущено не было. Одна из причин – проблема логистики и казахстанская бюрократия.
Главная причина всех этих упущенных возможностей в том, что Астана за эти 4,5 года так и не смогла расширить маршруты экспорта и не смогла избавиться от инфраструктурной зависимости от России. Освободившиеся ниши в ЕС (в металлургии, энергетике и агросекторе) вместо нас стремительно заняли более гибкие игроки — страны Юго-Восточной Азии, Латинской Америки и Ближнего Востока. Нам же остается только продолжать пытаться выторговывать лишние бонусы и налоги у давно запущенных проектов на Каспии, и то непонятно, будут ли у нас возможности для экспорта этого сырья или военные действия все также будут негативно влиять на КТК…
