Бунт нерешительных | Деловая неделя
21 сентября 2021 | выходит по пятницам | c 1992 года

Бунт нерешительных

20.08.2021 09:47:10
№: 30(1433)
30 лет назад ГКЧП попытался сохранить СССР, но только ускорил его развал

«ДН»

НА ЭТОЙ неделе исполняется три десятка лет последней попытке сохранения союзного государства, предпринятой рядом членов Политбюро компартии, пошедших, фактически, на государственный переворот, однако, в итоге испугавшихся брать на себя ответственность за кровь. Впрочем, даже если бы они были более решительными, и пошли на аресты или ликвидацию лидеров СССР и РСФСР, это вряд ли сильно изменило бы историю. Приговор советской стране вынесли не Горбачев или Ельцин, а развал экономики и идеологическая девальвация, ставшие естественным следствием тупиковости плановой модели «классического марксизма-ленинизма». Августовский путч вместо сохранения СССР, фактически, поставил крест на последней надежде на либеральную трансформацию его системы в рамках горбачевской «перестройки». После того, как самый либеральный, советский парламент (Верховный совет) встал на сторону Ельцина, возглавившего сопротивление альянсу консерваторов в компартии и силовиков, у Горбачева просто не осталось сил, на которые он мог бы положиться. Руководство армии, КГБ и МВД открыто предало первого и последнего президента СССР, с ними был и глава правительства, и собственный вице-президент. Силы, открыто выступившие против них, группировались вокруг Ельцина, даже более открытого оппонента Горбачева. Победив в схватке, российский лидер одновременно отодвинул от реальной власти и президента СССР, который, вернувшись из Фороса, оказался никому не нужен…

В марте этого года «ДН» уже обращалась к теме распада СССР в связи с 90-летием Михаила Горбачева, «первого и последнего» президента на 1/6 части суши, пришедшего при оглушительной народной поддержке и ушедшего в гробовой тишине. Основной проблемой для советского лидера, для советских элит вообще, была не политика, не война в Афганистане, не Холодная война, даже не националистические выступления на окраинах, а коллапс экономической системы. В 60-70-е годы СССР упустил возможность выйти за рамки тупиковой «плановой модели социалистической экономики», которая не позволяла стране усиленно развивать не только техническую сторону, но и социальную, за счет искусственной заслонки для создания среднего класса.

Не создав предпринимателей, имущих собственников, которые обычно выступают становым хребтом стабильности политической системы, коммунистические лидеры старались максимально сохранить ситуацию, в которой все население страны экономически зависело бы от государства, поскольку это сохраняло бы монополию КПСС на власть. Когда в 80-е годы Горбачев вроде бы дал послабления и открыл ворота для «кооперативов», на самом деле было уже поздно. Во второй половине последнего десятилетия существования СССР вопрос стоял не о созидании более сложных и жизнеспособных моделей социально-экономического развития страны, а о банальной борьбе с голодом. Дети этого времени лучше помнят тысячные очереди, которым отпускали «по булке в одни руки», чем задорную, хоть и пошлую комедию «Частный детектив, или Операция «Кооперация» про счастливое будущее советских предпринимателей.

Даже проголосовав на всесоюзном референдуме за сохранение СССР, советский гражданин остался оттеснен от принятия политических решений, а потому стал, во многом, просто статистом. Политически активные жители Москвы и Ленинграда, первоначально приветствовавшие приход Горбачева, естественно, не были в восторге от тех, кто пытался затянуть их обратно в удушающие перспективы голода и перманентного дефицита. Их массовые акции и поддержка противников ГКЧП в итоге и решили дело в пользу Ельцина: путчисты испугались отдать финальный приказ о штурме Белого дома, где укрепились их визави, и отступили. Генералы Лебедь и Ачалов не стали военными диктаторами, а члены ГКЧП, проведшие провальную пресс-конференцию, на которой не смогли унять дрожь в руках и языках, пошли на попятную и поехали на переговоры с отстраненным ими же Горбачевым. Но тот вернулся в Москву не с испугавшимися последствий путчистами, а с заместителем Ельцина – Руцким. Кстати, что замечено многими: когда в 1993 году в похожей ситуации (с засевшей с Белом доме оппозицией) столкнется сам Ельцин, он отдаст приказ на расстрел правительственного здания в центре Москвы, несмотря ни на какие сантименты. Горбачев же, вернувшись в Москву поедет в больницу с Раисой Максимовной, вместо того, чтобы возвращать в свои руки рычаги контроля над ситуацией в стране.

Таким образом, если Горбачев продемонстрировал «слабость» в том, чтобы устранить своих конкурентов, а его оппоненты – в том, чтобы проливать ради этого кровь мирных жителей, то Ельцин не постеснялся ни того, ни другого. Точно также как и почти все остальные постсоветские лидеры, которым бросали вызов оппозиция или конкуренты. С другой стороны, благодаря тому, что в дни путча не пролилась большая кровь, почти все участники заговора выжили (кроме тех, кто аккуратно застрелился сам), и смогли стать свидетелями всего того, чего старались избежать. И если в их жизни оставались потом какие-то сожаления, то незамаранность в большой крови точно не одно из них. Потому что даже нейтрализуй они и Ельцина, как Горбачева, это привело бы лишь к тому же самому – что кризис экономики пришлось решать людям, которые вряд ли понимали вообще, что такое рыночная экономика. И речь бы шла даже не о кризисе, а о банальном голоде, с которым центральная Россия столкнулась бы еще быстрее. И не факт, что в этом случае она получила бы «ножки Буша», а не ела бы траву.

Те, кто попытался спасти СССР 30 лет назад, вряд ли признавали, что были обречены изначально, и уж точно никто из них не признал себя виновным в «измене родине» (что им инкриминировалось изначально). Благодаря амнистии и распаду СССР, они вышли на свободу (кроме, опять же, не доживших до суда), но навсегда утратили влияние и возможности. То же, что они были живыми свидетелями распада союза, можно назвать самым тяжелым для них наказанием. Поражение ГКЧП должно остаться важным историческим уроком, смысл которого в том, что никакие чрезвычайные меры не заменят своевременного построения свободной конкурентной экономики и развитого гражданского общества. И хотя демократия на 1/6-й части суши в итоге, спустя 30 лет, в большинстве своем построена не была, у пришедших к власти авторитарных руководителей в подкорке засел панический, почти парализующий страх перед массовыми митингами протеста в столицах их стран. Подобным тем, что впервые за многие десятилетия существования СССР охватили в августе 1991 году Москву и Ленинград. Таков, видимо, основной вклад этих событий в развитие теперь уже наших независимых стран…

Если Вам понравилась статья, то пожалуйста, поделитесь с друзьями в социальных сетях:
Комментарии
Загрузка комментариев...