Где мы есть | Деловая неделя
4 февраля 2023 | выходит по пятницам | c 1992 года

Где мы есть

15.12.2022 16:53:53
№: 46 (1496)

на Карте будущего?

Каждое предпринятое и не предпринятое нами действие, принятое или не принятое решение сказывается на будущем.

Жак Фреско, инженер, дизайнер, футуролог

ГЛАВНОЕ научное достижение этой недели – первая удачная реакция ядерного синтеза в США - это не просто заявка на Нобелевскую премию по физике на будущий год. Это еще и начало конца всей существующей модели энергетики, а в случае стран, основу доходов которых составляли нефть, уголь и газ, еще и конца их экономического уклада. Прорыв в области термоядерного синтеза, конечно, не означает, что уже завтра Земля полностью откажется от углеводородов, до разработки работающих технологий и применения термоядерной энергии для массовой выработки электричества и тепла еще десятилетия, возможно даже 30-40 лет, но начиная с этой недели официально начинается закат эры нефтегазовой экономики. Той самой, на которой основана наша внешняя торговля и, в итоге, всякая экономическая состоятельность. Для нас же наиболее актуальным вопросом ближайших 5-7 лет будет не поиск ниши в новой эре, а диверсификация путей поставки углеводородов на мировой рынок, перевооружение высокозатратных коммуникаций (причем, в режиме авралов и обвалов), а также борьба с тотальной неэффективностью существующей модели управления государством и экономикой. Проблема тут в том, что если мы в ближайшие годы не найдем свою нишу в новой эре, то можем навсегда остаться задворками мировой цивилизации, которым останется только и гордиться тем, что у нас одомашнили лошадь и начали разводить яблоки.

Еще пару десятков лет назад ученые сформулировали несколько крупных прикладных задач, которые стоят перед мировой наукой и техническим прогрессом, решение которых стало бы настоящим прорывом цивилизационного уровня. В их числе упоминалось получение дешевой и экологически не вредной энергии, расширение возможности по ее сохранению и передаче без потерь (аккумуляторы, проводники, полупроводники и прочее), а также приемлемая технология получения доступной для всех еды, в идеале - бесплатной. Футурологи (прогнозисты будущего на основе доступного анализа и предполагаемых изменений) уже не раз ставили вопросы о том, что произойдет с человечеством, если эти вопросы будут каким-то образом решены. Например, если еда и жилье станут бесплатными – не остановится ли человечество в развитии? Не превратиться ли государство в атавизм? Точно также ставился и вопрос об энергии – если она станет настолько доступной и дешевой, то что произойдет? Новая мировая война? Рост глобализма или, наоборот, национализма и изоляционизма? А как будет развиваться мировая экономика? Как это повлияет на войны, которые сегодня очень многие связаны именно с контролем над источниками энергетики? Вариантов развития будущего очень много, и по-настоящему предсказать, что будет с миром, наверное, практически невозможно.

Куда легче можно предположить, чего уже не будет. Как интернет потеснил телевиденье, радио и печатные СМИ, так дешевая энергия и бесплатная еда могут разрушить последние бастионы авторитаризма, те самые «петрократии», вроде России, Ирана, Туркменистана или той же нашей страны. Когда в 1991 году распался Советский Союз, многим казалось, что в отсутствие противостояния двух экономических систем, наконец, установится крепкий мир во всем мире, не будет войн, голода, человечество, наконец, начнет побеждать болезни и выйдет по-настоящему в космос. Однако, вместо коммунизма не пришла демократия – ее просто некому было нести, правителями новых независимых стран стали (за редким и чаще всего неудачным исключением в виде Гамсахурдиа и Эльчибея) вчерашние же коммунистические функционеры, сменившие цвет флага. Опять же было исключение – страны Балтии – но у них была сохраненная за пределами этих стран интеллигенция и людской ресурс, а также четкое понимание направления развития общества вместе с консенсусом по этому поводу. Страны, вроде Казахстана, в Европу не ушли, но зато быстро поняли, что с чем в области торговли естественными ресурсами подконтрольной территории. Победившая плановую экономику, рыночная отбросила на наши просторы не свет открытости и высоких стандартов, а тень коррупции, как важного неконкурентного преимущества. Собственно, на этом и были закушены удила большинства успешных авторитарных режимов в бывших соцстранах. Элиты поставили государственный аппарат на службу себе, чтобы изымать сырьевую ренту в свой карман, превратив институты формальной демократии (выборы, суды, законы, парламент) в, простите за тавтологию, формальность. Все это, в итоге, создало ситуацию, в которой самим же элитам совершенно нет никакого смысла держать заработанное в стране пребывания (ибо там оно не защищено незыблемыми законами) и вообще, в целом, развивать ее. Действительно, зачем вкладывать в страну большие деньги, если ты выводишь из нее средства, купил себе недвижимость в Европе, там же живут твои дети, ты отдыхаешь, лечишься, да и в целом – куда приятнее, чем дома?

Таким образом, именно из этой модели экономики – нефтегазовой, которая сложилась у нас, в России, Туркменистане, Азербайджане, отчасти в Узбекистане, произрастают современные проблемы наших стран. Тот же Экибастуз, замерзший в жестокие морозы, хотя владеет им мультимиллионер из списка Forbes Kazakhstan, не нашедший средств для того, чтобы поддерживать социальную инфраструктуру, это все – следствие этой модели экономического уклада. По той же причине политические реформы Токаева и попытки при помощи поручений сверху как-то бороться с ужасным уровнем коррупции и непрофессионализма государственного аппарата также обречены. То, что невыгодно исполнителю, никогда выполнено не будет. Как это было с недавним «разносом» президента Кабмину. Президент поругал правительство и пригрозил разогнать. После этого уже премьер-министр поругал министров и тоже предложил «неуверенным в своих силах» покинуть посты добровольно. Можно быть уверенным, что эта волна начальственного гнева спустилась и ниже – министры спрашивали с глав департаментов, те – со специалистов, а специалисты – с кого-нибудь еще, кто помладше. А в итоге все сводя к тому, как в том же Экибастузе виноват был начальник участка ТЭЦ, который покончил с собой, или, как раньше на ПНХЗ, в аварии был виноват простой сварщик. А голова побольше – акима или министра – может слететь из-за подобных «мелочей», только если его кто-то готов подсидеть и уже даже «занес за должность».

Но вся эта система теперь может просто пойти прахом, если нефть Казахстана уже не будет приносить тех денег, которые были. Не будут востребованы на рынке и такое количество угля, газа, урана, вместе с которыми упадет спрос и на многие металлы (не нужны будут трубопроводы, танкеры, вагоны-цистерны и многое другое). С чем останется наша экономика? Сельское хозяйство? Если что-то в нашей стране и способно тягаться с бюрократическим аппаратом по неэффективности, дороговизне и неспособности реформироваться во что-то лучшее, то это именно сельское хозяйство. За все годы независимости страна по тем или иным причинам не научилась кормить ни себя, ни сколько-нибудь широко поставлять свою продукцию за свои пределы – кроме пшеницы, подсолнечника и еще пары культур. Тем более, что в мире растут и разрабатываются все новые заменители привычного мяса и других продуктов – из сои, других растений, насекомых. Активно развиваются технологии выращивания искусственного мяса, которое уже попало в меню мировых фастфудов и ресторанов. Что дальше?

Дальше будет постепенное урезание всего, что можно урезать – социалки, медицины, субсидий. На замену изношенных коммунальных сетей денег не будет вообще, зимой города будут вымерзать, опустеют поля – ибо сельское хозяйство приучили жить, в основном, на субсидиях. Еще больше людей сбежит в южные города, итак переполненные Алматы и Шымкент, вокруг них окончательно сформируется пояс нищеты и беззакония. Если политический режим и будет удерживать власть, то делаться это будет более жесткими методами, поскольку «пряника» уже не будет, только «дубинка». А дальше – либо сползание и дальше в страну третьего мира, наподобие африканских или латиноамериканских диктатур, натуральное хозяйство в деревнях, «народная медицина» - вместо поликлиник, спонсируемые иностранными благотворительными организациями школы, окончательно ставшие архаичными университеты. Конечно, благодаря появлению дешевой электроэнергии и тепла страна не исчезнет, не перемрет, возможно, что-то даже успеет приготовить по коммуникациям до окончания эры нефти и газа. Но, самое главное, что исчезнет – это перспективы, мы окончательно превратимся из сырьевого придатка мировой экономики в ее дальнюю периферию (что даже хуже, чем роль поставщика ископаемого топлива). Примерно такая картина вырисовывается на фоне растущего риска утраты востребованности нашего экспорта.

Как у нас любят говорить чиновники, которые загодя, будто специально - взъелись на все источники потенциальной критики (соцсети – это диванные эксперты, печатные СМИ – утратили аудиторию, фактчекинг – фейки и т.п.), «критикуешь – предлагай». А что тут можно предложить? Исправить ситуацию с тем, что наша наука и технологии сильно отстали от мировых, наверное, уже не выйдет. Единственное, что страна могла бы противопоставить утрате экспорта – это привлекательность для ведения бизнеса – низкие налоги, высокообразованные работники, эффективный государственный аппарат, доступная недвижимость, эффективные коммуникации, нулевая коррупция, прекрасная логистика, работающие законы, непредвзятые и независимые суды, прогрессивные финансовые институты, хорошая экология, социальная идиллия. Если всего этого власти нашей страны не смогут обеспечить в ближайшие десятилетия, (а Токаев предрекает еще более тяжелый год для народа) то «страна в центре Евразии» будет буквально приговорена к тому, чтобы быть «дырой в центре Евразии»…

Если Вам понравилась статья, то пожалуйста, поделитесь с друзьями в социальных сетях:
Комментарии
Загрузка комментариев...