Предтеча независимости | Деловая неделя
14 июля 2024 | выходит по пятницам | c 1992 года

Предтеча независимости

20.06.2024 20:29:53
№: 22 (1564)

Мурат Ауэзов и «Жас Тулпар»

Махамбет АУЕЗОВ

14 ИЮНЯ ушел из жизни выдающийся общественный деятель, один из столпов культуры Казахстана, филолог, культуролог, литератор, дипломат, наследник своего великого отца, Мурат Мухтарович Ауэзов. Он скончался на 82-м году жизни, прожив интересную, полную жизнь, в которой были и испытания, и достижения. Мурат Ауэз (под конец жизни он перешел к казахской форме имени, отказавшись от –ов) с честью пронес знамя наследника классика казахской литературы Мухтара Ауэзова, став образцом интеллигентности, работоспособности, человеческой и национальной культуры для нескольких поколений. Сегодня многие вспоминают его заслуги на почве литературы, культурологии, культуры, хотя он оставил важный след и в политической истории нашей страны, вдохновив рост антиколониального сознания казахов во времена рассвета СССР, когда казахский народ находился едва ли не на пороге культурной амнезии и растворения в колониальных нарративах. Речь идет, прежде всего, о создании неформальной студенческой организации «Жас Тулпар», появление которой дало толчок к развитию национально ориентированных культурных проектов и общему возрождению престижа и интереса к казахской самобытности.

Основателями движения «Жас Тулпар» стали Мурат Ауэзов, Алтай Кадыржанов и Болатхан Тайжанов, положившие начало ему 7 ноября 1963 года на собрании московских студентов-казахов. Мурата Мухтаровича называли «идейным вдохновителем и главным организатором». Очень важно понимать, что это было за время – 1954-1965 годы – это время освоения Целины, мега-аграрного проекта советского руководства по распахиванию степных пространств, который едва ли не стоил территориальной целостности Казахской ССР, из-за чего резко изменился этно-национальный расклад в Центральном и Северном Казахстане. В Москве планировали передать территорию нашей республики, охваченную освоением целины в Целинный край, куда вошли бы пять областей севера страны, с отдельной столицей в Целинограде. Доля казахского населения в новой территориальной единице составляла всего 18%. В целом из-за войны, репрессий и голода доля казахов в Казахской СССР в 1959 году составила всего 30%, что привело к откату в национальной составляющей во всех сферах – от образования (закрылись казахские школы, по многим специальностям в вузах не было обучения на национальном языке) до культуры, науки и быта.

Вершиной той негативной тенденции можно считать, наверное, 1979 год, когда КПСС планировали создать на территории Казахской ССР Немецкую автономию, что руководству компартии Казахстана удалось предотвратить с большим трудом. В целом, 60-е годы были временем советского глобализма, подъема коммунистического лагеря, когда СССР активно наращивал свои силы, в чем-то даже обгоняя капиталистический лагерь.

В 1961 году Советы первыми запустили человека в космос, в 1965 году они также первыми выпустили космонавта в открытое космическое пространство, до реванша США в виде высадки на Луну в 1969 году было еще 4 года. Соревнование двух систем охватило весь мир, в 1960 году первая страна Латинской Америки – Куба – объявила о социалистической ориентации, спустя два года случился Карибский кризис, СССР разместили свои межконтинентальные ракеты в непосредственной близости от США, едва не спровоцировав Третью мировую войну в виде ядерного конфликта. Москва успешно поддерживала коммунистических партизан в Южном Вьетнаме, в 1960-м году случился «Год Африки» - сразу 17 стран Черного континента получили независимость, в половине остальных колоний СССР поддерживал местных повстанцев, воевавших против колониальных держав, что делало Москву лидером международного антиколониального движения.

На этом фоне внутри СССР под лозунгами «интернационализма» был взят курс на созидание новой общности – «советского народа». Ее провозгласил в 1961 году, выступая на XXII съезде КПСС, генеральный секретарь Никита Хрущёв: «В СССР сложилась новая историческая общность людей различных национальностей, имеющих общие характерные черты, - советский народ. Они имеют общую социалистическую Родину - СССР, общую экономическую базу - социалистическое хозяйство, общую социально-классовую структуру, общее мировоззрение - марксизм-ленинизм, общую цель — построение коммунизма, много общих черт в духовном облике, в психологии». Таким образом, национальный сегмент формально равных советских республик СССР начал подвергаться серьезному давлению сверху, поскольку советскую нацию формировали на основе культурного наследия, прежде всего, русского народа. Фактически, это был новый этап колонизации «национальных окраин» Советского Союза.

С целью «унификации и советизации» граждан СССР в национальных республиках производилась тотальная русификация, окончательно сведшая на нет все достижения «коренизации» 1920-1930-х годов. В результате этого возникала ситуация скрытого апартеида, когда города Казахстана стали русскоязычными (ввиду численного и культурного доминирования русского языка), а сельские регионы юга и запада республики - казахоязычными. Из-за отсутствия высшего технического образования на казахском языке, местные кадры оставались преимущественно в сельскохозяйственной сфере, в то время как технические специальности были заполнены преимущественно приезжими кадрами. Как следствие, возможности для казахоязычного населения сильно сужались, и казахская молодежь либо оставалась в аграрной зоне, либо становилась условным «вторым сортом» в индустриальных центрах, уступая влиянию более престижного русского языка, принимая его в качестве главного.

В результате подобной политики по всему СССР начался процесс вымирания малых языков, ассимиляции национальных меньшинств, не имевших своих этнических автономий или ставших в их составе меньшинствами. Такая перспектива стала очевидной угрозой и для казахов, ставших в тот момент меньшинством в активно осваиваемой за счет переброски населения из других регионов СССР республике.

Таков фон, на котором выходцы из казахской интеллигенции в Москве и Ленинграде пришли к идее поддержки национальной культурной идентичности, что уже вызывало негативное и настороженное отношение у советских органов – власти и безопасности. Идеи возрождения национального самосознания, обращения к духовным и историческим корням казахского народа вступали в противоречие с политикой русификации с целью создания советского народа. Тем более, что основатели «Жас Тулпара» апеллировали к ценностям алашординцев, официально заклейменных советской историографией и пропагандой, как «буржуазные националисты» и «контрреволюционеры». Сам Мурат Мухтарович в последствии вспоминал, что они прекрасно понимали, что «идут вразрез с официальными историей и идеологией, что было недопустимо в условиях тоталитарной системы».

Тем более, что уже на исходе была «хрущевская оттепель» - десятилетие ослабления тоталитарного контроля после смерти Сталина, с относительной либерализацией внутриполитической и культурной жизни страны. Спустя год, в 1964 году Хрущев будет отстранен от власти в результате заговора в ЦК КПСС во главе с Леонидом Брежневым, который на протяжении своего затянувшегося правления, вплоть до 1982 года, периодически пытался реабилитировать Сталина, а также занимался подавлением антисоветских «поползновений» среди стран-сателлитов СССР, вроде Чехословакии, Польши. Отсутствие резкого ужесточения аппарата репрессий в брежневское время, вероятно, связано в целом с довольно стабильным и высоким социально-экономическим уровнем и техническим прогрессом, решившим многие проблемы граждан, вроде массового жилищного строительства, а также с тем, что сам Брежнев не доверял репрессивному аппарату, так как КГБ возглавляли представители враждебного ему клана Александра Шелепина.

В итоге, целью общества «Жас Тулпар» была объявлена пропаганда казахской культуры, искусства и литературы, а также оказание помощи казахским студентам в изучении русского языка и технических дисциплин. К ней присоединились казахские студенты из других городов СССР за пределами Казахстана - Ленинграда, Киева, Риги, Харькова, Одессы и других – всего около 800 человек в разных регионах. Работа организации была распределена по секторам: лекторский, научно-просветительский, культурно-развлекательный. В рамках лекторского сектора студенты собирали и изучали материалы по истории, демографии и культуре казахского народа. В научно-просветительском секторе проводилась непосредственная работа со студентами-казахами. Культурно-развлекательным сектором проводились соревнования по футболу, организовывались туристические походы и различные культурные мероприятия.

Творческие бригады «Жас Тулпара» посещали места проживания казахов в Омской области, отдалённые районы Джамбулской, Южно-Казахстанской, Кзыл-Ординской, Целиноградской областей. Филиалы объединения возникли в Павлодаре, Караганде, Целинограде, Семипалатинске, Чимкенте, Алма-Ате. С подачи «Жас Тулпар» в Казахстане возникли музыкальные группы – тогда говорили «вокально-инструментальные ансамбли» - популяризовавшие казахский язык и казахскую музыкальную культуру «Гульдер», «Айгуль», «Алатау», а также «Дос-Мукасан». Трем казахским студентам из Москвы удалось пробудить национальное самосознание казахов, как в области культуры, так и политики, пробудив дискуссии о том, почему казахский язык находится в таком заброшенном положении. Что, впрочем, стало причиной того, что Советы решили ликвидировать «Жас Тулпар». Сам Мурат Мухтарович уже в наши дни называл «Жас Тулпар» «золотым мостом между движением «Алаш» и независимостью» Казахстана.

Развязка наступила, когда в начале февраля 1966 года инициативная группа «жастулпаровцев» прибыла в Алма-Ату для проведения встречи с казахстанскими студентами. Она состоялась 8-9 февраля в помещении Союза писателей Казахстана, а затем в КазГУ. Википедия пишет, что «на неё пришли видные казахские писатели, однако они вскоре покинули мероприятие, «почувствовав, что встреча приобретает не совсем здоровый характер». Скорее всего, речь идет о высказываниях руководителей «Жас Тулпара». В частности, цитируют слова Тайжанова о необходимости создать руководящий выборный центр, принять устав «Жас Тулпара», записать в нем одним из пунктов: «В делах, мыслях, поступках каждого человека движущим мотивом должен стать принцип национальности». Не могла не смутить чутких к идеологии советских писателей и мысль из доклада Мурата Ауэзова о том, что «довольно быть только группой художественной самодеятельности» и «организация должна иметь свою политическую платформу».

Сам Мурат Ауэзов вспоминал о мотивах и целях «Жас Тулпара» так: «Потом, когда учились в Москве, мы исходили не из-за того, что до нас кто-то выступал в защиту, допустим, казахского языка. Мы видели, что происходило. Теория Хрущева, что через 20 лет нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме, и все идет к тому, чтобы создать единый советский народ, в котором многообразие языков и культур неуместно. На деле это приводило – мы хорошо знали об этом – к резкому сокращению числа казахских школ. И когда мы создали группу «жастулпаровцев», пришли к единодушному мнению, что это – нельзя, это – нехорошо, когда язык родителей попирается. Это были ребята в основном русскоязычные, которые учились в Москве.

Потом мы собрались, поехали в Джамбул, потом в Чимкент, в целинный край. Мы были поражены, что на пять областей целинного края была лишь одна единственная газета на казахском языке и та – слово в слово перевод газеты «Целинный край». А мы ведь были студентами московских вузов с хорошей теоретической базой. А потом время другое было – «хрущевская оттепель». Многие народы стали думать, кто мы, появлялись диссидентские движения, появился целый ряд прекрасных поэтов: Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, Булат Окуджава и др. Т.е. в этой атмосфере пробуждался наш дух – и очень здорово, что он нашел свое направление, свою звезду, цели высокие в защиту национального достоинства. И как бы шло второе рождение не реабилитированных алашординцев.

Вот моя мама присылает сто казахских пословиц (и другие ребята тоже получали подобное от родных), чтобы я знал их, имена алашординцев она называет с большим уважением, того же поэта Магжана Жумабаева, вспоминает стихи, которые ей посвятил Ахмет Байтурсынов. Т.е. людей расстрелянных, но не реабилитированных. И здесь история как бы пошла навстречу нам – если было бы равнодушное отношение истории к нам, то и не было бы всего этого. И когда оно есть и происходит этот потрясающий случай.

Выдающийся по тем временам ученый, онколог-врач Саим Балмуханов – он был выездной тогда, мало кто мог выехать за границу. Он был высокий профессионал, знал английский язык, и ему было позволено выезжать на международные конференции. И вдруг он привозит из поездки в Германию журнал, который издавал Мустафа Чокай в период создания туркестанского легиона. И там, в этом журнале всё: и имена алашординцев, и стихи не только казахов, но и узбеков, кыргызов, из всего среднеазиатского региона. Эта была мощная конкретная подпитка».

Все это не могло не привести к тому, что представители «Жас Тулпара» допустили и другие крамольные с точки зрения советской идеологии высказывания о том, что «национально-культурное развитие с точки зрения организации должно привести к достижению независимости Казахстана от СССР». В итоге, 20 февраля на бюро ЦК ЛКСМ Казахстана, а затем 15 марта - на бюро ЦК ВЛКСМ - обсуждалась «проявленная политическая незрелость» членов «Жас Тулпар». Организация была обвинена в том, что ее деятельность спровоцировала появление «националистических листовок и анонимных писем».                 В итоге, первый секретарь ЦК ЛКСМ Казахстана Узбекали Джанибеков, видимо, сумел смягчить ситуацию, которая разрешилась «разъяснительными беседами», проведенными с лидераим «Жас Тулпар». Как сообщается в его записке в ЦК ЛКСМ, «…на этих встречах М.Ауэзов и другие участники согласились с замечаниями и выразили готовность прекратить свою деятельность».

Однако и после роспуска организации ее руководители и члены подвергались преследованию со стороны правоохранительных органов, слежке, запугиванию. Считается, что их защитило вмешательство первого секретаря ЦК КП Казахской ССР Динмухамеда Кунаева. Будучи руководителем Компартии Казахстана, он, тем не менее, не был чужд национальным чувствам и активно эксплуатировал их, к примеру, оппонируя планам создания немецкой автономии в 1979 году. Рост национального самосознания казахов в итоге проявил себя и в трагические дни 1986 года.

Несмотря на роспуск организации, бывшие жастулпаровцы продолжили свою деятельность на ниве культуры, образования, общественной работы, а после начала Перестройки они принимали участие в создании антиядерного движения «Невада — Семипалатинск», где Ауэзов стал вице-президентом. Мурат Мухтарович после закрытия «Жас Тулпара» работал в аспирантуре Института мировой литературы Академии наук СССР, где защитил диссертацию на тему «Проблемы национального своеобразия современной казахской литературы». В 1970-е годы он вернулся в Казахстан, где работал в Институте философии и права Академии наук Казахской ССР, в том числе руководил работой группы эстетики Института философии и права (1970 по 1976), которая подготовила коллективную монографию «Эстетика кочевья» (в советское время не издавалась). То есть он продолжал идейное направление, заданное «Жас Тулпаром» в своей личной творческой и научной деятельности.

Так, именно Мурат Ауэзов был одним из первых в советское время, кто открыто говорил о том, что для казахского народа Россия, а затем Советский Союз принесли много бед: «Казахский народ за полвека пережил три трагедии: кровопролитие 1916 г., вымирание от голода в период коллективизации в 1932–1933 гг. более миллиона казахов, а в период репрессий в 1937–1938 гг. была уничтожена лучшая часть казахской интеллигенции». Он с трибуны упоминал и о Голодоморе тогда, когда другие опасались обсуждать это даже на кухне. Так, в 1974 году в своем выступлении на пленуме Союза писателей он заявил: «Без освещения темы голода нельзя говорить о том, что у нас есть национальная литература». Понятно, что из-за всего этого он еще долго находился под негласным надзором КГБ. Что, правда, не помешало ему внести свой вклад в работу Союза писателей Казахстана, а затем и в качестве главного редактора и художественного руководителя киностудии «Казахфильм», когда оттуда вышли такие культовые картины, как «Балкон» и «Игла».     Все это, думается, дает нам право сегодня называть Мурата Мухтаровича одним из отцов-основателей современного Казахстана, предтечей независимости нашей страны. И если мы до сих пор мало ценили и даже просто знали об этой стороне его личности, то причина тут только в личной скромности Ауэзова, который никогда не выпячивал своих заслуг или своей роли в истории.

В независимом Казахстане Мурат Мухтарович не нашел себя в политике и остался в сфере культуры, тем более, что цель его жизни – независимый Казахстан – уже была достигнута. Он оставил богатое литературное, культурологическое наследие, внес вклад во многие важные проекты, реализованные в общественной и культурной жизни страны. Он своим поведением, речью, воспитанностью задавал высокую планку, по которой можно будет еще долго мерить людей искусства, культуры и науки – как бескорыстных служителей своего народа.

Если Вам понравилась статья, то пожалуйста, поделитесь с друзьями в социальных сетях:
Комментарии
Загрузка комментариев...