Удача для фаворита | Деловая неделя
18 июня 2024 | выходит по пятницам | c 1992 года

Удача для фаворита

29.09.2022 14:46:18
№: 35 (1485)
Риск промаха для всей страны?

Власть пребывает там, куда помещает её всеобщая вера. Это уловка, тень на стене. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.

Из телесериала «Игра Престолов»

СИТУАЦИЯ вокруг Казахстана на прошедшей неделе продолжала оставаться кризисной. На наших границах по-прежнему стоят очереди из российских «мобилизайцев», 100 тысяч которых уже пересекли их, буквально «взорвав» рынок арендного жилья по стране, пока Россия и Запад пытаются понять, кто первым не выдержит и применит ядерное оружие. Украина продолжает контрнаступление, стараясь успеть, пока Кремль не нагонит на фронт миллион «мобиков», фактически – пушечного мяса. Европа пытается понять, кто взорвал российские газопроводы, проложенные по дну Балтики, продолжая готовиться к сложной зиме без российских углеводородов. Выстрелы гремят на рубежах всех остальных стран ОДКБ, кроме Казахстана – Армении (перестрелки с Азербайджаном возобновились вновь), Кыргызстана и Таджикистана (они вроде бы договорились вообще снять погранпосты там, где те возникают, но пока это сильно не помогло). Кроме того, впервые за многие десятилетия мир всерьез усомнился в стабильности режима в Пекине, где готовится исторический съезд КПК, который должен закрепить слом традиции по смене первых руководителей страны каждые 10 лет – в какой-то момент информационная сфера наполнилась слухами о военном перевороте против Си Цзиньпина.

Риск промаха для всей страны?

Власть пребывает там, куда помещает её всеобщая вера. Это уловка, тень на стене. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.

Из телесериала «Игра Престолов»

СИТУАЦИЯ вокруг Казахстана на прошедшей неделе продолжала оставаться кризисной. На наших границах по-прежнему стоят очереди из российских «мобилизайцев», 100 тысяч которых уже пересекли их, буквально «взорвав» рынок арендного жилья по стране, пока Россия и Запад пытаются понять, кто первым не выдержит и применит ядерное оружие. Украина продолжает контрнаступление, стараясь успеть, пока Кремль не нагонит на фронт миллион «мобиков», фактически – пушечного мяса. Европа пытается понять, кто взорвал российские газопроводы, проложенные по дну Балтики, продолжая готовиться к сложной зиме без российских углеводородов. Выстрелы гремят на рубежах всех остальных стран ОДКБ, кроме Казахстана – Армении (перестрелки с Азербайджаном возобновились вновь), Кыргызстана и Таджикистана (они вроде бы договорились вообще снять погранпосты там, где те возникают, но пока это сильно не помогло). Кроме того, впервые за многие десятилетия мир всерьез усомнился в стабильности режима в Пекине, где готовится исторический съезд КПК, который должен закрепить слом традиции по смене первых руководителей страны каждые 10 лет – в какой-то момент информационная сфера наполнилась слухами о военном перевороте против Си Цзиньпина. На этом фоне президент Казахстана Токаев, кажется, почувствовал себя, как рыба в воде, ведя уже практически избирательную кампанию. И хотя официально она еще не началась, но тут уж ничего не поделаешь – любая его активность перед выборами будет таковой, ведь она влияет на выбор избирателей. Для кадрового дипломата такой тревожный фон – это большая удача, поскольку позволяет вести разговор больше не про сложное социально-экономическое положение в стране, а про внешние вызовы, угрозы, лавирование и прочее. Но это – лишь половина его потенциальной победы, вторая половина заключается в том, что на этом фоне у избирателей начинает включаться программа «лишь бы не было войны» и, даже недовольное своим положением, оно будет делать политический выбор в пользу того, кто будет лучшим в том, чтобы избежать внешних угроз. Казалось бы, ну и ладно – к чему переживать, если совпало? А к тому, что похожая ситуация в нашей истории уже имела место и закончилась она тем, что сейчас принято называть «Старым Казахстаном»…

Ситуация 2002 года пусть и не на 100%, но во многом напоминает события и обстоятельства 1992 года и нескольких последующих лет, когда на части быстро начал распадаться СССР, на его бывшей карте появились «горячие точки», а мир был озабочен тем, в чьи руки попадут ядерные запасы огромной страны. Только развалился СССР, едва успев перед этим выйти из проигранной афганской войны, отгремел путч, во многих точках СССР начались межэтнические конфликты, вроде известных Ошских событий. Затем загремели выстрелы в Карабахе, началась грузино-абхазская война, стреляли в Приднестровье, гражданский конфликт шел в Таджикистане, осетины схватились с ингушами, Чечня объявила о независимости, а Татарстан и Башкортостан еще только понимали – они стали суверенными или нет. Спустя год будет расстрелян Белый дом в Москве, затем начнется война в Чечне, от Грузии отпадет Южная Осетия… Сменится власть в Баку, затянутся войны на Кавказе, в Таджикистане, Афганистане, вновь начнется война в Чечне. Сотни тысяч умрут, миллионы станут беженцами, десятки миллионов – нищими.

Это не просто описание трагических событий, в сравнении с которыми в Казахстане сохранялся мир и строилась какая-то экономика, это еще и тот эмоциональный фон, который создало в нашей стране молчаливое большинство, сохранившее во власти выходцев из советского партийного и государственного аппарата. Недавняя перестроечно-суверенитетная митинговая активность, стремление к политическим переменам, многопартийность – все это заглохло именно на фоне страха перед всеми этими идущими вот тут рядом, рукой подать за границей, ужасами. Ну, а переживший нескольких своих покровителей тогда еще относительно «молодой и перспективный» руководитель теперь уже не советского Казахстана просто оседлал эту волну, благодаря которой смог спокойно дожить до «жирных» (хотя, как потом оказалось, кратких) времен середины 2000-х. А после первого десятка лет у власти последовал второй, за ним – третий, и только кровавые январские события этого года окончательно разорвали эту пуповину между государственной системой и экс-президентом, сложившуюся вначале именно на страхе по имени «лишь бы не было войны». И сейчас есть сильное ощущение, что все повторяется вновь совершенно аналогичным образом.

Даже, если теоретически возникнет какая-то политическая альтернатива Токаеву (что крайне маловероятно, и вообще, скорее всего, будет связано с надеждами на реставрацию прошлого режима), то этот эмоциональный фон просто забьет саму возможность конкуренции. По-прежнему большая доля пожилых избирателей, а также значительная часть молодежи, настроенная и напуганная «исторической памятью» первых, отдадут свои голоса не по своим предпочтениям, а просто «от греха подальше» - тому, кто будет гарантировать мир. Ну, или просто вновь проигнорируют демократические процедуры под лозунгами «как бы ни случилось чего», «без нас разберутся», «мы ничего не решаем» и опять, опять – «лишь бы не было войны». Это тоже будет голос в пользу цементирования нового постамента для такой же авторитарной системы, какой стал так называемый «Старый Казахстан». И это даже не вопрос к личности Токаева, тому насколько он сам сейчас честен с людьми в декларациях либерализации и демократизации, нет. Это вопрос к тому, что за скобками уравнения власти останутся по-прежнему важнейшие вопросы экономики, социального развития, внутренней политики и гражданского общества. Напуганные граждане не спрашивают за то, как тратятся налоги, воруют ли чиновники и судьи, строится ли реальный сектор экономики или мы опять будет сырьевым придатком, их интересует только относительно спокойное выживание в окружающих ужасах, которые геополитическая обстановка дарит им со щедростью Деда Мороза.

Но если с власти все это не спрашивать сейчас, завтра это станет неприличным – «зачем мутить воду? Войны хотите?». А послезавтра – вовсе противозаконным, из-за чего любители утюгов будут жечь спины не тем, кто задумал страшное против граждан, а тем, кто пытается изменить что-то в стране, заниматься политикой, критикует власти, требуя от них чего-то больше, чем просто состояния «не войны». Речь идет о базовом противоречии между стратегиями развития и выживания. В первом случае требуется единоначалие, как на войне, в море или больнице – в операционной, в бою или во время шторма не до голосований. Во втором же случае как раз и нужно постоянно «тормошить» лидера, менять его, чтобы общество пробовало разные идеи, форматы, способы, пока не получало бы хорошие результаты. Точно также все и в политике – если авторитарные системы успешны в том, чтобы воевать, выживать и вот, как мы сейчас, маневрировать между Сциллой и Харибдой, то они совершенно не могут быть успешны в развитии страны. И «Старый Казахстан» это прекрасно доказал – мы все понимаем, что время где-то после середины 2000-х – потерянное для Казахстана, за которое наша страна не развила ничего, кроме, возможно, цифровых услуг и банкинга. Во всем остальном, особенно в плане свободы развития – мы везде скатились в глубокое болото.

И вот теперь, когда стране нужно не «единение во спасение», а именно ускоренное, усиленное развитие институтов саморегулирования общества, экономики и политики, вокруг возникает вот эта вот геополитическая буря, которая стимулирует вновь вернуться к успокоительному сценарию «сильной руки», которая в этот раз у нас еще и в дипломатических одеждах…Казалось бы, ну такое бывает и в демократической системе, когда обстоятельства вытаскивают наверх не то, что будет развивать систему, а то, что будет угрожать ей сменой парадигмы с развития на выживание (вспомните того же Трампа в США), но тут обстоятельства внешние уже играют на руку созданным искусственно условиям внутренним. Семь лет, новый «единственный» президентский срок, закончится в конце десятилетия. Если мы проживем еще целое – токаевское – десятилетие по тем же лекалам, то и в 2030 году по-прежнему будем обсуждать трехсменные школы с уличными туалетами, периодический дефицит бензина или сахара, а также, почему слова чиновников все никак не сходятся с делами. Ну, а Илон Маск, тем временем, высадиться на Марсе…

Если Вам понравилась статья, то пожалуйста, поделитесь с друзьями в социальных сетях:
Комментарии
Загрузка комментариев...