Забытый Афганистан | Деловая неделя
28 мая 2024 | выходит по пятницам | c 1992 года

Забытый Афганистан

08.06.2023 10:15:19
№: 21 (1517)

или Почему придется договариваться даже с талибами

Афганистан нельзя завоевать, его можно только купить. Или перекупить.

Автор неизвестен

ВСКОРЕ ПОСЛЕ ТОГО, как почти 2 года назад, 31 августа 2021 года американские войска в спешке покинули Кабул, Афганистан практически выпал из фокуса мирового внимания. СМИ еще какое-то время писали о том, какой отсталой и средневековой теперь стала эта страна - закрылись бутики, ночные клубы, некоторые СМИ, а также сильно сузились перспективы для женщин в образовании и государственной службе. А 20 лет прозападного режима пролетели, будто сон, потому что к власти вернулись те же религиозные консерваторы из движения «Талибан», которых в 2001 году западная антитеррористическая коалиция свергала. Западная пресса какое-то время попереживала о судьбе коллаборантов – афганцев, работавших на ISAF и американские войска, а также прозападное афганское правительство, чиновниками, полицейскими, солдатами, переводчиками и просто обслугой. О судьбе одного из таких, фактически, брошенных Западом «на съедение» талибам афганцев недавно вышел нехарактерный фильм Гая Ричи. Российские СМИ позлорадствовали по поводу того, что, по их мнению, уход американских сил оказался более спешным и «позорным», чем их собственная проигранная афганская эпопея. Мол, Наджибулла просидел еще 2 года после выхода советских войск, и 40-я армия уходила «с развернутыми знаменами», а не «бегом», как это делали американские войска из аэропорта Кабула. Впрочем, это все – лишь детали, в реальности же за последние десятилетия Афганистан стал обидным поражением для двух мировых держав, – и СССР, и США – и двух идеологий, которые те пытались внедрить в этой стране, ставя самый крупный (наверное, после революции 1917 года в России) цивилизаторский эксперимент на планете. Однако, ни демократия западного образца, ни коммунизм советского типа в Афганистане не прижились. Наоборот, самая консервативная версия исламской идеологии продемонстрировала свою неразрывную связь с народом, который поддержал партизанское национально-освободительное движение под этим флагом. Международное сообщество не признало новые власти страны, и гуманитарные организации свернули свои программы в стране. Последними темами, которые и западные, и российские СМИ поднимали все последние годы (за исключением недавнего конфликта с Ираном) по поводу Афганистана, стало их общее заключение о том, что теперь там свирепствует голод, а потому будут еще больше выращивать мак и экспортировать героин по всему миру. Однако, на днях Би-Би-Си разместила публикацию о том, что режим «Талибана» неожиданно эффективно борется с наркопосевами, практически под корень вытравливая их с афганской земли. Как ни странно, но даже это вызвало скорее негативную реакцию (!) на Западе. Впрочем, это далеко не все новости в связи с Афганистаном, которые, видимо, мы вскоре будем слышать…

Статья «Эффективнее американцев: как «Талибан» уничтожает маковые поля в Афганистане» вышла буквально на днях, и рассказывает о том, что «Побывав в Афганистане, а также изучив спутниковый анализ, корреспонденты Би-би-си увидели, что нынешние лидеры «Талибана»… преуспели в борьбе с культивированием мака больше, чем кто-либо до них». Впрочем, даже в этой фразе журналистам пришлось отметить тот факт, что талибы - это «организация признана террористической и запрещена в России и ряде других стран». У нас, в Казахстане, кстати, «Талибан» тоже до сих пор находится в списке запрещенных организаций – с 2005 года.

Что, кстати, не помешало визиту в Кабул в апреле этого года вице-премьера Серика Жумангарина, который не только отвез гуманитарную помощь, но и поучаствовал в казахстанско-афганском бизнес-форуме, а также договорился об открытии в Герате казахстанского торгового дома. «Ключевые задачи торгового дома – содействие и активизация торгово-экономических отношений двух стран, увеличение товарооборота между Казахстаном и Афганистаном, развитие региональных торгово-экономических, телекоммуникационных, транспортных и логистических связей, использование транзитного и приграничного потенциала Афганистана для торговли со странами региона, привлечение инвестиций в экономику Казахстана», - отмечалось в официальном пресс-релизе на правительственном вебсайте. Так что мы с террористами официально торгуем и, видимо, ждем их инвестиций. Интересно, подпадает ли товарооборот Казахстана и содействие в его организации с талибским Афганистаном под статью 258 УК РК «Финансирование террористической или экстремистской деятельности и иное пособничество терроризму либо экстремизму»?

Там написано, что «Предоставление или сбор денег и (или) иного имущества, права на имущество или выгод имущественного характера, а также дарение, мена, пожертвования, благотворительная помощь, оказание информационных и иного рода услуг либо оказание финансовых услуг физическому лицу либо группе лиц, либо юридическому лицу, совершенные лицом, заведомо осознававшим террористический или экстремистский характер их деятельности либо то, что предоставленное имущество, оказанные информационные, финансовые и иного рода услуги будут использованы для осуществления террористической или экстремистской деятельности либо обеспечения террористической или экстремистской группы, террористической или экстремистской организации, незаконного военизированного формирования, – наказываются лишением свободы на срок от пяти до девяти лет с конфискацией имущества».

А в случае вице-премьера, похоже, вообще можно применить второй пункт этой статьи: «Те же деяния, совершенные неоднократно или лицом с использованием своего служебного положения либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, либо лидером общественного объединения, либо группой лиц по предварительному сговору, либо в крупном размере, – наказываются лишением свободы на срок от семи до двенадцати лет с конфискацией имущества».

Мы, конечно, ни в коем случае не призывает возбуждать уголовные дела на членов правительства (по крайней мере, по этому поводу), но хотелось бы продемонстрировать немножечко юридического абсурда по поводу того, что мы налаживаем связи с теми, кого сами же официально считаем террористами.

Но вернемся к материалу британских журналистов. Вот как описывает журналист, сопровождавший талибов в рейде против наркопосевов: «C автоматом Калашникова, перекинутым через левое плечо, и с большой палкой в правой руке, Абдул изо всех сил бьет по головкам маков. Стебли взлетают в воздух вместе с брызгами макового сока, источающими характерный резкий запах опиума в его самой сырой форме. Всего за несколько минут Абдул с дюжиной товарищей уничтожают урожай мака, покрывавший небольшое поле. Их скорость впечатляет. Мужчины одеты в шальвар-камиз (традиционные афганские туники со свободными брюками). Большинство имеют длинные бороды, а у некоторых глаза подведены черным цветом. Все они вооружены, потому что периодически владельцы полей оказывают им сопротивление. Покончив с одним полем, они залезают в кузов пикапа и едут на следующую ферму».

Журналисты Би-Би-Си отмечают, что Афганистан производил более 80% опиума в мире, и «на героин, изготовленный из афганского опиума, приходится 95% рынка Европы». «Теперь же в крупных провинциях невооруженным глазом заметно резкое сокращение посевов опийного мака. Это же демонстрируют и снимки из космоса. В этом году по сравнению с прошлым годовой урожай мака в стране может сократиться на 80%, считает Дэвид Мэнсфилд, ведущий эксперт по торговле наркотиками в Афганистане из британской компании Alcis, специализирующейся на спутниковом анализе. «Вполне вероятно, что посевы составят менее 20% от того, что было в 2022 году. Масштабы сокращения будут беспрецедентными», - говорит он. Впрочем, все это наши коллеги комментируют скорее с неодобрением: «Вместо мака фермеры засеивают поля пшеницей, однако для них это гораздо менее выгодный вид сельского хозяйства, и многие говорят, что страдают финансово. Но некоторые все же нарушают запрет». Они не просто интервьюируют местного командира талибов, уничтожающих посевы опиума, но формулируют вопрос именно так, что акценты предельно очевидны: «Как талибы относятся к уничтожению источника дохода своего голодающего народа?».

Основываясь на спутниковых снимках, исследователи приходят к выводу, что в провинции Гильменд, в прошлом «маковом центре Афганистана», выращивание мака сократилось «более чем на 99%» (!). Спрашивая «Забиуллу Муджахида, представителя правительства талибов, что его начальство делает для помощи людям», наши коллеги получают вполне очевидный и справедливый ответ: «Мы знаем, что люди очень бедны и страдают. Но вред от опиума перевешивает его пользу. Четыре миллиона человек из 37-миллионного населения нашей страны страдали от наркомании. Это большая цифра. Что касается альтернативных источников средств к существованию, мы хотим, чтобы международное сообщество помогло афганцам, которые страдают». Где он не прав? Ему задается следующий вопрос: «…Как талибы могут ожидать помощи от международных организаций, когда их правительство поставило под угрозу саму деятельность и финансирование их отделений в Афганистане и запретило женщинам работать во всех неправительственных организациях»? Но ответ Муджахида опять выглядит предельно корректным и рациональным: «Международное сообщество не должно связывать гуманитарные вопросы с политическими. Опиум наносит вред не только Афганистану, от него страдает весь мир. Если мир спасется от этого гигантского зла, то будет справедливо, если афганский народ получит помощь в ответ». И опять же: где он не прав?

Однако, выводы материала совершенно пессимистичны: а) «На данный момент «Талибан», похоже, сделал в Афганистане то, чего не смог добиться Запад. Но как долго они смогут поддерживать запрет на мак, это вопрос»; б) Сокращение посевов мака не приведет к быстрому сокращению героина на рынке, поскольку «на этом маршруте наркотрафика есть очень много запасов на складах»; в) «…Резкое сокращение выращивания опиума в Афганистане, вероятно, приведет к тому, что люди станут потреблять наркотики другого типа - синтетические, которые могут быть еще более опасными, чем опиум».

Просто для сравнения, вот прогнозы, которые давали западные эксперты по поводу талибов и наркотиков в 2001 году:

«При любом сценарии развития событий - победа талибов, гражданская война или перемирие - никаких перемен в теневой наркоэкономике Афганистана не предвидится. Все обещают решить проблему, но ее корни уходят слишком глубоко»;

«Наркоторговля играет слишком большую роль в стратегии выживания и у талибов, и у тех, кого сейчас поднимают на борьбу с ними, и у населения в целом. К сожалению, этот фактор приведет к росту мирового героинового рынка и подстегнет нарастающую эпидемию наркозависимости в Афганистане и соседних странах».

Более того, если немного погуглить, то видно, что в 2021 году наши коллеги из Би-Би-Си критиковали талибов за прямо противоположное – неспособность уничтожить производство наркотиков из-за того, что население слишком зависимо от прибылей от наркокультур. «Наркотики - важная часть здешней экономики. После захвата власти талибами наркоторговля процветает еще сильнее. Раньше Афганистан ассоциировался в основном с героином, но теперь превратился в крупный центр производства кристаллического метамфетамина - психостимулятора с опасным потенциалом формирования зависимости», - писали они в материале под заголовком «Героин и «мет»: с приходом талибов в Афганистане расцвела наркоторговля». В статье прямо говорится о том, что талибы бессильны что-то сделать с наркопроизводством, и при них открыто существуют опиумные базары, которые они истерично запрещают снимать.

Аналогичные прогнозы давали и россияне. Lenta.ru активно цитировала выводы The New York Post о том, что «захват талибами Афганистана приведет к росту нелегального оборота наркотиков»: «После того, как США вывели войска из Афганистана, экспансия талибов может привести к резкому росту экспорта героина, метамфетамина и других наркотиков. Всплеск мировой торговли наркотиками произойдет из-за захвата радикальными боевиками-исламистами важнейших международных торговых путей», - переводили они эти прогнозы. Впрочем, о том, что их собственные выводы были аналогичны, можно судить просто по заголовкам: «Героиновый джихад. Афганские наркотики продают по всему миру. Рискнут ли талибы отказаться от этого прибыльного бизнеса?». Ровно та же тональность прогнозов: «Опыт двадцатилетней давности показывает, что талибы способны на решительные действия против производства наркотиков, но вряд ли действительно в этом заинтересованы. Как указывает Цезарь Гудес, глава офиса Управления ООН по наркотикам и преступности в Кабуле, талибы зависимы от этой индустрии так же, как кабульские наркоманы — от ее продукции». По поводу того, что международные спонсоры единственные способны компенсировать затраты афганских крестьян и перевести их на ненаркотические культуры также упоминается везде, но сразу после этого констатируется, что они никак не рвутся помогать новым афганским властям из-за того, что они – талибы. «Террористы».

Интересную мысль высказал лишь «гендиректор благотворительного патриотического мусульманского фонда Рустам Хабибуллин» в интервью сайту «Газета.Ru», подчеркнув, что «главная проблема мирного сельского хозяйства — отсутствие рынка сбыта». «Чтобы выращивать нормальную сельхозкультуру, нужно наладить рынок сбыта. Приграничные страны — Узбекистан, Таджикистан, Казахстан — афганскую продукцию особо не пускают к себе, в том числе и в Россию, потому что выращивают сами. Узбеки закупают продовольствие у афганцев по низким ценам и продают в России уже как свое». Все это подводит нас к тому, что наши чиновники делали во время апрельского визита в Афганистан – налаживанию торговых связей с «Талибаном». Иного выбора для стран региона просто нет. И не только потому, что мы не хотим быть постоянным маршрутом наркотрафика, и это могло бы быть реальным вкладом в продолжение борьбы с опийными посевами. Но также и потому, что установление в Афганистане твердой власти возвращает Афганистан в список стран, которые должны будут найти или выработать договоренности о разделе воды в Центрально-Азиатском регионе. Ведь, если мы не сможем этого сделать, то те же талибы начнут решать этот вопрос по-своему – как они это умеют. Как именно – мы это уже недавно видели в случае с Ираном, с которым Кабул пошел на открытые вооруженные столкновения на границе из-за конфликтов по воде. Нечто подобное нас может ждать и в районе Амударьи. Понятно, что даже если все армии Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана объединяться, то они все равно не смогут военным способом заставить талибов отказаться от справедливого желания включить Афганистан в список стран, которые должны делить водные ресурсы региона.

Еще в марте этого года появилась информация о намерении Афганистана получить свою долю воды из трансграничных рек Центральной Азии, и строительстве на севере страны «гигантского канала Коштепа в провинции Балх», который должен позволить орошать территории в трех афганских провинциях и обеспечить работой четверть миллиона местных крестьян. И этот проект – не единственный. По мнению автора казахстанского Телеграм-канала «Казахский чуваш», с началом реализации афганских проектов отвода вод Амударьи «ситуация с водоразделом в регионе может резко ухудшиться», а потери воды для Узбекистана и Таджикистана могут составить до 15% от всего тока Амударьи. Это негативно скажется на Арале и может «напрямую отразиться на южных областях Казахстана». Он же недавно разместил спутниковые снимки севера Афганистана за август 2022 и май 2023 года, на которых видно, что афганцы серьезно продвинулись в рытье упомянутого канала, и вскоре Кабул «будет забирать ровно тот объем [воды], который мы получаем от Узбекистана по Сырдарье». Соответственно, вопрос о дефиците этого ресурса встанет ребром уже в самое ближайшее время.

ОК, с вопросом «Какая беда стучится в двери?» мы разобрались, теперь вопрос в том, что с этим делать дальше. Ответ до примитивности прост: договариваться. Хотим мы того или нет, настроено мировое сообщество или нет, но в интересах всех стран Центральной Азии как можно быстрее установить рабочие отношения по поводу раздела воды и развития сельского хозяйства с Афганистаном. Начать, как мы понимаем, придется с официальных признаний, поскольку без них никакие соглашения не будут окончательны, ибо формально будут заключаться с террористами. Взаимное признание и открытый диалог способны запустить процессы, которые потом могут быть поддержаны мировыми державами, пока слишком занятыми своими «разборками» в Украине и вокруг Тайваня. Ждать их решений и настроений нет никакого смысла, а в нашем случае еще и времени. Цикл засух в нашем регионе продолжается «в полный рост», и странам-соседям жизненно необходимо как можно быстрее договориться по поводу раздела сокращающихся водных ресурсов и торговли, которая – единственная – способна закрепить тренд на уничтожение наркопосевов талибами. Благодаря тому, что Афганистан в значительной степени лежит в развалинах и окружен не совсем лояльными соседями, Казахстан может усиливать свои позиции на переговорах с талибами поставками необходимых этой стране товаров – пшеницы, подсолнечного масла, муки, бензина, технических масел, мазута. Причем по каналам, налаженным еще в период американского военного присутствия. Аналогичные обмены воды на энергоносители мы уже давно практиковали в случае с Кыргызстаном, и эта схема «топливо в обмен на воду», в принципе, остается рабочей. Более того, это может позволить нам нарастить альтернативные маршруты реализации нашей нефти (пускай и не через трубопроводы) и подстегнет производство из ее продуктов, снижая зависимость от КТК, чьи пропускные способности находятся в зоне высокого риска из-за зависимости от позиции России и военных действий в Украине.

Для официальной Астаны превращение в «главного по Афганистану» может стать той темой, которая позволит ей вновь эксплуатировать посреднические и дипломатические таланты Токаева, отводя в сторону негативную повестку контрабанды товаров для России и санкций за это со стороны Запада. Вместо этого Казахстан может продвигать центрально-азиатские инициативы по справедливому разделу воды, успешной борьбе с наркотиками в обмен на международную поддержку. Плюс все этом может помочь усиливать это интеграционное направление взамен токсичных ЕАЭС и ОДКБ, а также апеллировать к международному сообществу от имени афганского народа, добиваясь расширения международной помощи афганцам и поддержки создания эффективной торговой инфраструктуры. Можно будет даже «продать» мировому сообществу и региональным структурам свежие идеи по наднациональным механизмам контроля раздела воды. Правда, нам еще нужно внутри нашей страны наладить рачительное использование сокращающихся от года к году водных ресурсов, что, честно говоря, выглядит куда сложнее, чем все вышеперечисленное…

Если Вам понравилась статья, то пожалуйста, поделитесь с друзьями в социальных сетях:
Комментарии
Загрузка комментариев...